Автор
В Версальском замке царит зловещная атмосфера, где каждая переговорка может быть последней, и каждый шаг ведет к тайне. Катрина Госс, привлекательная кухарка, инспектор полиции Папаша Мари и осведомители Сортирнос и Рабуин держатся на расстоянии от опасности. Но когда парижский палач Шарль Анри Сансон приходит за телами убитых в борделе Полетты, всё меняется. Это не просто дело: здесь играют страшные игры, и каждая связь может оказаться ложной....
Ускользнув от него, она наполовину шутя, наполовину всерьез заявила:
— Да будет вам известно, сударь, шелк, из которого сшито мое платье, обладает изолирующим свойством и защищает от воздействия флюида.
— И подчеркивает ваши очаровательные формы.
— Фи, сударь!
— Да нет же. Я серьезно. А этот ваш доктор, чем он лечит?
— Руками…
— Именно так я и думал.
— Замолчите, либертен несчастный! Еще он использует металлический стержень. Он направляет флюид к месту, где сосредоточена болезнь. Для этого надо, чтобы все пришедшие, обвязавшись веревкой, встали вокруг чана.
— Вас послушать, так это еще приятней, чем разрядка!
— Вы неисправимы! Послушайте, а вас, случайно, не ранило в голову?
— Смерть прошла мимо, и теперь я радуюсь жизни!
— Если хотите, чтобы я продолжала, больше не перебивайте меня! В некоторых, особенно тяжелых, случаях доктор, усадив больного, проделывает вертикальные и горизонтальные пассы, погружая его в своего рода транс и заставляя его назвать истинные причины своей болезни.
— Но, Эме, вы же ничем не больны. А вас послушать…"
"— Не волнуйтесь. Все в порядке, мы просто сопровождаем госпожу де Лаборд. Жена вашего друга давно страдает от застоя гуморов и черной меланхолии, отчего жизнь ее превратилась в сплошные мучения, хотя супруг изо всех сил старается облегчить ее страдания и развлечь ее.
— Если новый врач сможет ей помочь. Когда болезнь не отступает, действительно ты готов обратиться к кому угодно. Что ж, тогда нам придется попрощаться: я направляюсь ко двору.
— Хотите, я провожу вас? Экипаж моего отца ждет. Адмирал сегодня целый день проведет у Сартина. Насколько я поняла, они пишут новые инструкции для господина д’Орвилье, дабы вручить ему, прежде чем его эскадра, на одном из кораблей которой вы совершили столько героических поступков, снова выйдет в море.
— Согласен. Тогда я поручу Резвушку заботам славного Триборта.
И он, крепко сжав возлюбленную в объятиях, прильнул к ее губам страстным поцелуем. Только упорное царапанье в дверь, извещавшее, что экипаж ждет, заставило их оторваться друг от друга.
