Героиня заключает сделку с опасным магнатом Владом Дагервудом, чтобы спасти жизнь любимого человека. Она готовится стать его собственностью на год, но вскоре понимает, что её хозяин скрывает невероятную тайну. Между ними возникает запретная связь, способная перевернуть их оба и изменить...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Вершитель»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Героиня заключает сделку с опасным магнатом Владом Дагервудом, чтобы спасти жизнь любимого человека. Она готовится стать его собственностью на год, но вскоре понимает, что её хозяин скрывает невероятную тайну. Между ними возникает запретная связь, способная перевернуть их оба и изменить...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Алексей Витальевич Осадчук Самиздат подборки серии
Героиня заключает сделку с опасным магнатом Владом Дагервудом, чтобы спасти жизнь любимого человека. Она готовится стать его собственностью на год, но вскоре понимает, что её хозяин скрывает невероятную тайну. Между ними возникает запретная связь, способная перевернуть их оба и изменить...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Мужчина молчал, глядя мне в лицо. Я смотрела в ответ. Просто смотрела, без слов. Он рассматривал медленно, беззастенчиво и тщательно. Как осматривают лошадь на торгах. Черт, я не удивилась бы, если бы он приказал открыть рот, чтобы посчитать мои зубы!
Мужской взгляд задержался на волосах, собранных в строгий пучок. Потом взгляд опустился ниже, на лицо без косметики. На шею в вырезе воротника-стойки. На грудь, не стесненную бельем, потому что мне принесли лишь трусики. На руки, лежащие на столе. Я выдохнула и отпустила край стола, который сжимала до белизны пальцев. Губы Дагервуда чуть изогнулись в насмешке. И я подумала, что это будет трудный год. Очень трудный.
Свое отношение к увиденному он никак не прокомментировал, не озвучил, что в платье я выгляжу лучше. Или хуже. Лишь потребовал:
– Снимите очки.
– Я плохо вижу, – упрямо сжала зубы.
Дагервуд откинулся на спинку кресла.
– Первый раз я прощу эту оплошность. Но думаю, вам стоит запомнить, Виктория. Не врите мне. Никогда."
"Толстые стекла в моих окулярах треснули, оба сразу, заставив вскрикнуть и вскочить, сдирая их с носа. Я в изумлении уставилась на сеть трещин в очках. Стекла не осыпались, просто растрескались паутиной.
– Что… как… Что это? – не поняла я.
– Сядьте, – приказ прозвучал, словно удар плетью.
Снова до боли сжала кулаки и медленно опустилась обратно в кресло. Трудный год. Очень трудный год. Но плевать, я выдержу. Лишь бы…
– Рику лучше, – негромко сказал Дагервуд. – Но на восстановление уйдет какое-то время. Потом он будет… абсолютно здоров. И силен, как никогда.
Губы мужчины снова изобразили насмешку, хотя глаз это не коснулось, и они остались холодными.
– И предвосхищая ваш вопрос – нет, вы не можете его увидеть.
– Почему? – я постаралась задать этот вопрос по возможности спокойно, хотя хотелось ругаться.
– Рику сейчас противопоказаны любые волнения. Любые. Даже положительные. А встреча с вами, несомненно, заставит его… волноваться.
– Но…
– Это не вопрос для обсуждения. Я лишь ставлю вас в известность.
– Почему я должна вам верить на слово? – не сдержалась я. – Это вы утверждаете, что помогли, а на самом деле…
Пока я говорила, Дагервуд равнодушно взял пульт и нажал на кнопку. Плоский телевизор на стене загорелся, изображение несколько раз мигнуло, а потом установилась картинка. Больничная палата, знакомая до дрожи. Желтая кружка, которую я принесла. Цветы. И Рик. Но не орущий от агонии и связанный, как я запомнила, а спокойно спящий. Он именно спал, его губы были чуть приоткрыты, а грудь приподнималась под зеленой больничной простыней. И даже руку он положил под голову, как делал всегда. И никакой смирительной рубашки. Просто сон.
В больничной палате установили камеру.
