Я пробегала по мокрым, ночные улицы, где тьма и вязкий туман заволакивали всё вокруг. Лучи фонарей играли странной, неясной музыкой на серых стенах старого дома, будто души покойников затаились за каждым углом. Я боялась этого города до ужаса, его бесконечные темноты вызывали в мне панику и отчаяние, словно он ждал меня, готовый накинуться и съесть....
Влад отклонился влево и молниеносно ударил кулаком в горло линкха – самое уязвимое место. Перчатки с металлическими пластинами на пальцах утяжелили и без того смертельный удар, бронзовые шипы вонзились в шею оглота. Тот кулем свалился под ноги Вершителю, хватаясь за выдранный кадык и булькая кровью. Вот только расслабляться Дагервуду было некогда. Со всех сторон он видел красные глаза, вздыбленную шерсть и оскаленные пасти. Не менее десятка линкхов, и все сытые, успевшие нажраться человеческого мяса. Сильные. А Сайленхард по-прежнему не откликнулся!
Мягко отступив назад, Дагервуд прикинул расстановку сил.
– Вы нарушили Закон, – холодно бросил он, пытаясь выяснить, всех ли оглотов выманил из тени. – И будете наказаны.
– Закон? – прорычал огромный зверь в тяжелых ботинках и камуфляжных штанах. Его шерсть была седой, но это вряд ли можно считать признаком слабости.
"– Что же он вам принес? – За блоками тень. Или лишь кажется? Померещилось движение у стены или нет? Оглоты не умеют сидеть в засаде, слишком нетерпеливы. Еще одно качество, которое Влад использует против них.
– Что вр-р-ремена изменились, – Седой рыкнул и растянул толстые губы в пародии на улыбку. Левый клык был сломан и торчал костью изо рта.
– Вероятно, ты слушал старух, что рассказывают байки детенышам, Седой, – сказал Дагервуд, отступая назад, к бетонной колоне.
Пара оглотов фыркнули.
– Я слушал того, кто знает, – оскалился линкх. – Он сказал, что здесь есть мясо для нас. И что ты придешь. Растерзать!
Влад развернулся и взбежал по стене, зацепился за свисающую с потолка цепь, закинул свое тело на раскачивающуюся балку. Один удар ногой по заржавевшему рычагу, и балка рухнула вниз, на головы рычащих оглотов.
– Сытое брюхо не так уж и хорошо в драке, правда? – Дагервуд вновь стоял на земле, наматывая на руку остатки цепи. Поднырнул под кулак, перевернулся, ударил! И ближайший линкх скулит, зажимая сломанный нос. – Вы отвыкли жрать так много, трупоеды. И стали неповоротливыми.
– Кто бы говорил, пожиратель! – Седого балка не задела, а жаль. Его Дагервуд оценил как опасного противника. Осторожного и опытного. – Ты жрешь свой народ.
