Она затащила тебя домой до появления полиции и устроила все так, чтобы в случае чего свалить вину на тебя. В какой-то момент она просто скажет, что ты был наверху, когда раздался выстрел. Какая у тебя гарантия, что она этого не сделает?
Мейсон устало махнул рукой.
— Я предполагаю, что она это рано или поздно сделает, — сказал он.
— И ты ей это позволишь?
Мейсон стал терпеливо объяснять:
— Клиентов не выбирают, Делла. Их нужно принимать такими, какие они есть. В этой игре обязательно только одно правило: если уж взял дело, то нужно сделать все, чтобы довести его до благоприятного результата.
— Это еще не значит, что ты должен позволять сваливать на себя убийство для того, чтобы прикрыть чьего-нибудь любовника.
— Я вижу, что ты неплохо информирована. С кем ты разговаривала, Делла?
— С одним репортером. Но я не разговаривала, а только слушала.
— Теперь возвращайся в офис и приготовь бумаги. И не беспокойся обо мне. Мне нужно доделать еще кое-что. Смотри, чтобы за тобой никто не следил, когда ты пойдешь сюда в следующий раз.
— Первый и последний раз я пробую такие фокусы. Я едва от них избавилась. Они шли за мной по пятам. Я повторила тот же фокус с туалетом, что и твоя подопечная. Это всегда сбивает мужчин с толку, когда женщина уходит в туалет. Один раз они на это попались, но во второй раз не получится.
— Это уже не имеет значения. Я и так уже довольно давно скрываюсь. Они все равно поймают меня в течение сегодняшнего дня.
— Ненавижу ее, — вновь взорвалась Делла. — Хоть бы никогда не видеть ее. Она не стоит всех этих денег. Даже если бы мы получили в десять раз больше, и тогда она бы не стоила этого. Предупреждаю тебя, шеф, это очень опасная женщина. Кошечка с бархатными коготками.
— Спокойно, Делла! Ты еще не видела последнего раунда.
Делла тряхнула головой:
— Я видела достаточно, шеф. Бумаги будут готовы к полудню.
— Договорились. Скажи ей, чтобы она подписала их, следи за тем, чтобы все было в порядке. Может быть, я заскочу за ними и буду вынужден сразу же удирать или позвоню, чтобы ты подбросила мне их куда-нибудь.
Она улыбнулась ему и вышла, очень элегантная, владеющая собой и безукоризненно честная. И очень обеспокоенная. Мейсон подождал пять минут, после чего, закурив сигарету, также вышел из отеля.
Перри Мейсон остановился перед дверью номера девятьсот сорок шесть отеля «Уалрайт» и осторожно постучал. Изнутри не донеслось ни звука. Он подождал минуту и постучал сильнее. За дверью послышался шорох.
