Если вы оставите хоть один отпечаток пальца, у вас будет много неприятностей. Что с его женой?
– Просто небольшой шок.
– Как вы думаете, она любила своего супруга?
– Дурой надо быть, чтобы любить такого. Но кто ее знает? Мне кажется, она вообще не способна на сильные чувства. И сейчас это тоже в какой-то степени игра.
– Да и вы не очень-то эмоциональны, – заметил Мейсон.
– Какой смысл волноваться?
– Тоже верно, – согласился с ней Мейсон. – Вернитесь к миссис Фолкнер. И уведите ее из спальни. После этого позвоните в Детективное агентство Дрейка. Скажите ему, чтобы он немедленно приехал сюда. А потом позвоните в полицейское управление, в отделение по расследованию убийств, и попросите позвать лейтенанта Трэгга. Скажите ему, что говорите от моего имени и что я должен сделать ему заявление об убийстве.
– Все. И не прикасайтесь ни к чему. Отведите миссис Фолкнер в гостиную и держите ее там.
Мейсон подождал, пока Салли не вышла из комнаты, а затем повернулся и медленно, дюйм за дюймом продвигаясь вдоль ванны, тщательно осмотрел все, что могло представлять интерес, стараясь ни к чему не притрагиваться.
На полу, неподалеку от трупа, валялось увеличительное стекло в каучуковой оправе, состоящее из двух линз, каждая полтора дюйма в диаметре. У стены, почти под умывальником, – три журнала.
Мейсон посмотрел на них. Один был свежим, другой – трехмесячной давности, а последний, нижний, – четырехмесячной. На верхнем журнале разлилось чернильное пятно в полдюйма шириной и три-четыре дюйма длиной, от которого тянулась кривая линия.
На стеклянной полочке над умывальником стояли две бутылочки с перекисью водорода, одна из них почти пустая, бритвенный прибор, безопасная бритва, на которой еще были видны следы мыльной пены, и тюбик с кремом для бритья.
Пуля, видимо, попала Фолкнеру в сердце, и он умер почти мгновенно. Падая, он опрокинул столик, на котором стоял сосуд с золотыми рыбками, – в его углу еще сохранились остатки воды.
На полу, под одной из золотых рыбок, валялась чековая книжка, а рядом – автоматическая ручка, в двух футах от нее – наконечник. Чековая книжка была закрыта, и вода, смешанная с кровью, залила ее края. Мейсон обратил внимание, что чековая книжка была уже почти наполовину израсходована – об этом можно было судить по корешкам, не прикасаясь к книжке.
Вероятно, когда Фолкнера застрелили, он держал в руках увеличительное стекло, поскольку одна из двух линз треснула, а само стекло лежало неподалеку от его головы.
