Эльфийский пленник вызывал непонятные и отталкивающие чувства. Я смотрела на его красивые орлиные уши, и вины перед этим издевательством не было. Но кто я такая, чтобы вмешиваться? Этот парень был диковинкой, странной находкой среди буйного толпу.
Как тот себя чувствует? Может ли идти дальше?
Стоя у потухшего костра, эльф зябко поежился. Кажется, о своей наготе он вспомнил только сейчас, потому что сконфуженно сгорбился и неловким движением прикрыл пах. Скулы принца вспыхнули запоздалым румянцем, взгляд заметался по земле в поисках одежды. Рубаха, мантия, штаны были кучей свалены рядом с тем местом, где мы устроились на ночлег.
Алари одевался, и его трясло. От холода? От стыда? От нервного напряжения? От всего разом?
В душе шевельнулись жалость и восхищение.
Толпа, наблюдавшая за дракой, редела. Один за другим голые мужики оборачивались котами и таяли в лесной темноте. Никто так и не подошел к поверженному Ритрею, не попытался оказать ему помощь, не озаботился его состоянием — сородичи просто бросили его валяться на земле без сознания, словно ненужный хлам. А ведь во время поединка они так болели за него, скандировали: «Ритрей! Ритрей!» Но вот боец проиграл и сразу стал всем не интересен.
Пока Алари одевался, я незаметно зарыла гребень в землю. Не найдет — не сможет снова посадить меня на цепь.
Бежать прямо сейчас я не собиралась — решила ждать подходящего момента. Возвращаться в лагерь тано через кошачий лес и красную долину было неразумно, тем более с пустым магическим резервом. Если Алари вел меня в Эвенделл, то путь наш лежал через горы пещерных фейри. Этот волшебный народец был союзником империи Аталан, и я задумала попросить у них защиты.
— Как твои раны? — я подошла к принцу и, привлекая к себе внимание, опустила ладонь на его плечо.
Алари вздрогнул от прикосновения и ответил, не поднимая глаз:
— Все в порядке. Надо уходить.
После того, что случилось, он словно стыдился на меня взглянуть — уже второй раз я видела его, эльфа, полностью голым.
— Оставаться здесь небезопасно. Отдохнем позже. Отдай, пожалуйста, мою вещь.
— Какую вещь? — изобразила я дурочку.
— Гребень.
— Я выкинула его в кусты.
Эльф нахмурился, и я поспешила сменить тему.
— Не волнуйся. Я пойду с тобой по своей воле. Тебе больше не надо меня связывать. Я поняла твой намек.
На секунду Алари замер, а потом шумно вздохнул, выпрямив спину.
— Поняла? И что… — его голос дрогнул.
