Эльфийский пленник вызывал непонятные и отталкивающие чувства. Я смотрела на его красивые орлиные уши, и вины перед этим издевательством не было. Но кто я такая, чтобы вмешиваться? Этот парень был диковинкой, странной находкой среди буйного толпу.
Голый, самодовольный, он возвышался над ним с глумливой улыбкой и купался в восторженных выкриках из толпы. Коты на деревьях бесновались, радуясь победе сородича. Дубы вокруг поляны ходили ходуном — даже листья сыпались на землю.
Прыгая на ветках, как макаки, оборотни громко скандировали:
— Давай! Давай! Давай!
— Ритрей! Ритрей! Ритрей!
Видя, как Алари пытается подняться с колен, и понимая, что за этим последует, я бросилась к соперникам и встала между ними живой преградой.
В голове промелькнул недавний разговор.
«Нечестно! У него есть оружие!»
«Не считается. Это не оружие, а часть меня».
Если когти — часть оборотня, то магия — часть Алари.
— Ты достойный воин, — улыбнулась я Ритрею вымученной дрожащей улыбкой. — Для меня честь стать женой такого сильного мужчины.
За спиной раздался вздох, полный изумления и боли. Остроухий глупец принял мои слова за чистую монету.
Неважно. Главное, что блохастый мерзавец тоже им поверил. Самодовольная улыбка еще шире растеклась по его губам.
— Самка всегда выбирает сильнейшего, — произнес кот, раздувшись от гордости, и товарищи на деревьях, соглашаясь с ним, громко загалдели. — Слабаки никому не нужны.
Я слышала, как Алари позади меня упрямо пытается встать на ноги, чтобы продолжить бой и доказать: он вовсе не слабак.
Сейчас докажешь. Подожди немного.
— Великий воин Ритрей, — я изобразила на лице пылкое восхищение, — в знак моей преданности и покорности прими этот дар.
Трясущимися руками я закрепила в волосах оборотня заколдованный эльфийский гребень. Тот, который не давал мне причинить остроухому принцу никакого вреда. Даже камень в него бросить не позволил. Сердце бешено колотилось. Когда деревянные зубцы расчески вошли в черную косу и поверхность гребня под моими пальцами нагрелась, я незаметно вздохнула с облегчением. Чары работают.
А Ритрей все же болван. Не заподозрил подвоха.
Не успела я опомниться, как наглец дернул меня на себя и впился в мои губы жадным поцелуем.
Я почувствовала рывок. Меня оттолкнули в сторону. И драка возобновилась.
Рана на горле эльфа хотя и выглядела ужасно, была не настолько серьезной, чтобы отправить его в могилу. У Алари, похоже, открылось второе дыхание. Он с такой яростью набросился на соперника, словно и вовсе не был ранен.
На бедолагу Ритрея обрушился град ударов.
