Автор
Лифт отключен на время ремонта лестницы, и я заморгалась. Софья Яковлева, в спортивном костюме и домашних тапочках, объяснила, что просто сбежала по ступенькам. Вечером она увидела как Люся укрощает кошку, а ночью — сон梦见ит соседку на улице. Какие-то необычные сновидения и странные встречи начали преследовать Сонечку, внушая ей что-то важное....
– Из шкафа коробка пропала, – вздохнула Таня, – моя нычка. Собирала на новую стиральную машину. Там уже почти вся сумма лежала. Совсем чуть подкопить осталось. Прямо так гадко стало! Денег жалко, но если кто попал в сложные обстоятельства, я всегда поделюсь. Ты попроси, я дам. Пока в теплице работала, думала: надо Владимиру брюки найти, рубашку, обувь. У Виктора размер сорок шесть, ну да велико не мало, газетку в носок засуну. Я бы ему все подарила, голого не отпустила. Ну зачем воровать?
Виктор скривился.
– Вечером выяснилось: врун Владимир, да еще какой! Когда стемнело, к Танюхе пришла Лизка Вергасова.
– Танюш, дай примочку, мне на работу в среду, может, хоть на лице пятна исчезнут."
"– Я просто ахнула! – воскликнула Татьяна. – Спрашиваю: «Кто тебя так?» Лиза отвечает: «Паша побил». Я удивилась: «Он никогда не рукоприкладствовал». Лизавета захихикала и рассказала противную историю. Ее муж работал водителем на инкассаторской машине. Ему было положено оружие.
– Владимир сказку про кладбище придумал, – покачал головой Виктор, – врун! И вор! Любитель к чужим женам под юбку залезть. Короче, дерьмо, а не мужик!
– Мы живехонько сообразили, – продолжала Таня, – что никакого кладбища нет. Владимир у нас дома ночевал, обстановку видел, понял: живем не бедно, коробку в шкафу нашел.
– Я ставни на окна навесил, – объяснил Витя, – замки врезал крепкие, щеколды приколотил.
Таня допила чай.
– Все случилось давно, Федя маленьким был. Мы с мужем посетовали и стали жить, как раньше. Время быстро мчится, Феде стукнуло двенадцать. И в мальчика словно бес вселился.
Виктор же высказался резко:
– Он вообще от рук отбился. В дневнике одни «неуды» и замечания.
