А договорись ты заранее со мной — могли бы такой бой устроить, что рублей двести поимел бы. Интересно?
— Я не по этим делам, — покачал я гудящей головой.
— По этим или не по этим, а ты зайди ко мне завтра поболтать, если время будет. Лады? — Он хлопнул меня жирной рукой по плечу и добавил: — Ну будь здоров, заходи, если что, Семена Криворукого спросишь.
И пошел к себе в трактир, откуда доносился отчаянный шум: все наперебой обсуждали зрелище. А мы медленно направились в порт, поддерживая под локти Игнатия.
Перед тем как отправить шкипера отсыпаться, Иван погнал его на пляж, трезветь. А что! Самый отличный способ протрезвления, учитывая, что тот сидел в довольно холодной воде до тех пор, пока зубы не застучали. Я тоже поплелся с ними — кровь смыть, ополоснуться, да и вообще морской водой ссадины полечить — метод пусть и примитивный, зато надежный. Да и пляж прямо под боком, сразу за пирсами. И вода чистая, несмотря на то что купаются прямо в порту. А вот за пределами порта хоть песчаный берег и продолжался, но купающихся видно не было. Это почему, интересно?
Вода была в меру соленая, чистая, прозрачная, дно — плотный крупный песок. Идеальный пляж, в общем. К тому же после продолжительного ныряния ссадины даже щипать перестали и отеки вроде как сошли немного. Но на конкурс красоты мне завтра точно рановато будет: не тот портрет ожидается.
После пляжа Игнатий как-то резко протрезвел, взял себя в руки, и только тогда, когда уже вернулись на шхуну, ему рассказали, что случилось. Его как громом ударило. Ноги подкосились, он упал бы на палубу, если бы не схватился за мачту. Так и стоял, молча, слегка покачиваясь.
— Что делать будем? — спросил он после нескольких минут молчания.
— На Большой Скат пойдем, — сказала Вера. — Тебе завтра с утра команду нанять — чем быстрее, тем лучше. И не шваль кабацкую, а с рекомендациями.
— Сделаю, — кивнул шкипер. — Здесь без дела команда сидит, наши же, с «Красного дельфина». Их шлюп потоп, а команда цела осталась, так что можно постоянный экипаж нанимать, не временный.
— Тогда и командуй, а не сопли распускай, — жестко сказала девочка и обернулась ко мне: — Тебе опять спасибо. Давай бровь зашью.
— А умеешь? — удивился я.
— А кто не умеет, школу закончив? — еще больше поразилась она. — Любая девчонка умеет. Если что серьезное, то к лекарю, а рану зашить или укол поставить — это любая сможет.
— А мальчишек чему учат? — спросил я, в очередной раз удивившись услышанному.
