Автор
Катерина отправляется в путешествие к Пристани, но дорога полна неопределенности и тревоги. Во время поездки она сталкивается с неожиданными событиями, которые ставят под сомнение её безопасность. Интрига нарастает, когда неизвестность оборачивается реальной угрозой.
— В чём? — приподнялась с подушек Катя, искренне не ожидая подвоха.
— Господи, ты серьёзно не понимаешь? — засмеялась Карина. Она кинула в костёр обугленную палочку и развела руками. — В сексе, конечно.
Нет, обсуждать это с едва знакомой девушкой Катя не хотела. Но эта её бейсболка и нарочито небрежный тон, как у рубахи-парня, как у лучшего друга. Наверное, Андрей действительно был для Карины как открытая книга. И то, что она видела сейчас в нём, заставляло её переживать. Беспокоиться. Или ревновать?
— Как раз, всё так, — усмехнулась Карина. — Столько секса! Бесконечное море секса! Он же летает, а не ходит. Он только мечтать о таком мог. С его-то характером.
— А что с его характером?
— А ты разве не заметила? — хмыкнула она.
Карина потянулась в сторону скалы. От растущего прямо у подножия кустарника она пыталась отломить ещё веточку, но в итоге дёрнула так, что вырвала весь куст. Одним движением ножа она срезала веточку, а остальное отбросила в сторону.
— Я, может, что-то не поняла?
— Хочешь сказать, что тебе не показалось странным, что он не начал лапать тебя при первой возможности? И ты не удивилась, что он как-то не особо настойчив?
— Ну, я подумала, что, наверное, не очень ему нравлюсь.
— И он окружил тебя заботой и вниманием чисто от нечего делать? Я тебя умоляю. Мне-то можешь лапшу на уши не вешать. Я знаю его, как облупленного.
Карина обстругивала палочку резкими движениями, и тонкие ленты коры сворачивались и шипели, падая на раскалённые угли. Катя закашлялась и помахала рукой перед глазами от едкого дыма.
— Наверняка думала, что у парня проблемы или обязательства. А он просто порядочный. Таких сейчас нет. Уже не выпускают. Версия прошлого тысячелетия. Чтобы боялся ранить твои чувства. Чтобы искал прежде всего душевной близости, а не удовольствия. И секс только после свадьбы. А если уж затащил в койку, то женится.
В душу словно капнули серной кислотой и, как та стружка на углях, она стала плавиться и съёживаться — так неуютно стало Кате от этих слов. А ведь она, наверное, должна была обрадоваться.
Карина подняла на Катю взгляд, но, несмотря на то, что говорила девушка резковато, в её глазах не было злобы. Только тоска. А ещё безнадёжно высокий забор с колючей проволокой, что разделяла их с Андреем. Френдзона. И Катя прекрасно знала, что выбраться из неё сложнее, чем из любой тюрьмы. А Карина хотела выбраться. Хотела, но так и не смогла.
