Особенно за Стефанию. Но надо было что-то срочно решать с этой беременностью, если она есть.
И критическая цифра — четырнадцать дней задержки — погнала Катю в аптеку Острогорска.
Если кто-то скажет, что в современном обществе, с его индустрией потребления, обеденных перерывов больше нет, Катя могла бы поспорить. В Острогорске есть.
К тому времени, как Катя немного прибралась, помыла голову, приоделась и приехала, милая аптекарь с вежливой улыбкой захлопнула дверь у неё перед носом.
Где убить час времени в центре города, хоть и небольшого, конечно, проблемой не было. Тем более, продукты подзакончились. И хоть ей одной много не надо, Катя решила потратить время в супермаркете, вместо того, чтобы искать другую аптеку, в которой не факт, что перерыва нет.
И то, что поела она перед выходом плохо, стало стратегической ошибкой. У красочных витрин хотелось всего. И сладенького, и солёненького, и кислого, и копчёного. У полки с оливками так даже слюнки потекли. Долго топталась Катя в винном отделе. И взвесив все за и против, всё же взяла безалкогольное пиво.
Корзина уже оттягивала руку, а стрелки часов как приклеились. Рискуя набрать пару килограммов от одного вида, Катя уставилась на витрину с тортами, когда вдруг увидела ЕГО.
Нет, Глеба сложно было не заметить. Он на голову возвышался над остальными посетителями магазина. Удивило Катю место. Он изучал ассортимент чилийских вин. И это было точно слева от неё. То есть, он сейчас определится и выйдет ровно на Катю.
Бочком-бочком, стараясь не привлекать внимания, она свернула за стеллаж. И склонилась над витриной со свежей рыбой, как будто думала — зажарить ей этого пучеглазого сазана, размером больше её духовки, или съесть живьём.
Сердце трепыхалось пойманным воробышком. И истошный запах свежей рыбы Катя почувствовала, только когда опасность миновала. Она облегчённо выдохнула, покривилась и пошла дальше.
Однажды они гуляли с Гастоном по берегу и увидели бездомного пса, бегавшего довольно далеко от них. Он бы, наверное, их и не заметил, но Гастон так разволновался, увидев сородича, что тявкнул. А когда огромное лохматое чудовище выросло прямо перед ними, Гастон присел и сделал лужу. Нет, не от страха, от восторга.
Когда перед Катей в проходе вырос Глеб, наверное, она почувствовала себя так же. Только по ногам не потекло. Она смотрела на него снизу-вверх, не в силах отвести взгляд.
— Привет! — В руках у него, кроме бутылки вина, уже был торт.
