Мужчине под сорок пришлось наложить на себя запрет: не видеть в подруге своей дочери женщину. Но когда девятнадцатилетняя гостья может в любой момент уехать, запреты рушатся. Страсть и чувство долга вступают в смертельную схватку, грозя разрушить всё, что он построил.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Вето на девочку»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Мужчине под сорок пришлось наложить на себя запрет: не видеть в подруге своей дочери женщину. Но когда девятнадцатилетняя гостья может в любой момент уехать, запреты рушатся. Страсть и чувство долга вступают в смертельную схватку, грозя разрушить всё, что он построил.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Мужчине под сорок пришлось наложить на себя запрет: не видеть в подруге своей дочери женщину. Но когда девятнадцатилетняя гостья может в любой момент уехать, запреты рушатся. Страсть и чувство долга вступают в смертельную схватку, грозя разрушить всё, что он построил.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А за ними чуть поодаль спешит невысокий красивый парень.
– Ой, и Алишер с ними! А папа ничего не говорил, – возбужденно шепчет Катя. – Это мой краш, – признается порывисто и тут же предупреждает строго: – Макарова, он – мой. Даже не суйся."
"– Больно надо, Димирова, – фыркаю я, демонстративно отходя от окна. Медленно поднимаюсь по лестнице, поджидая, пока Катерина насмотрится на своего Алишера.
Невысокого роста худощавый мужчина, больше смахивающий на подростка. Такие мне никогда не нравились!
И как только Катя догоняет меня, роняю насмешливо:
– Он вообще не в моем вкусе. Я люблю высоких пацанов.
– Слушай, а ты правда Кириллу кольцо вернула?
– Ну я же тебе говорила, – отмахиваюсь я недовольно. И войдя в свою комнату, падаю на кровать.
Сейчас бы поспать. Но меня ждут к обеду, и отказаться я не могу. Невежливо. Обнимаю Жужу, прижавшуюся к груди. И чувствую, как наваливается непонятная тоска, замешанная на страхе.
Как оно дальше будет? Как меня воспримут новые однокурсники? И не дай бог поссориться с Катей. Получается, я теперь завишу от нее.
«Глупости! – отмахиваюсь решительно. – Мы с Димировой никогда не ссоримся. И Алишер этот мне на фиг не нужен!»
В ящике тумбочки дребезжит сотовый. Дрожащей рукой вытягиваю его наружу. И в ужасе смотрю на экран.
Мама. Хорошо, что не папа!
– Да, мам, – отвечаю я, стараясь сразу взять легкие интонации.
– Здравствуй, Настя, – строго произносит она. – Ты уже устроилась?
– Привет. Да, – лепечу я, сбиваясь с мысли.
– Ты сама в комнате? – интересуется мама устало.
Так и хочется ответить «нет, со мной еще одна девочка!», но что-то в мамином голосе настораживает. Да и врать не хочется.
– Да, – роняю коротко.
– А Катя?
– Она в соседней.
– И как оно, в чужом доме? – горько спрашивает мама.
– Мы только приехали, – выдаю я непреложный факт. – Когда дадут общежитие, перееду.
– Да уж лучше у Катиного отца под присмотром живите, – вздыхает мама и добавляет с усмешкой: – Рита говорит, он Катю в ежовых рукавицах держит…
Силюсь не расхохотаться. Если это ежовые рукавички, то какие тогда атласные перчатки.
– Мне пора, – стараюсь прекратить разговор.
– Мне тоже, – вздыхает мама и добавляет категорично: – Веди там себя прилично, Настя. Деньги я тебе на карточку кинула. За еду и коммуналку вноси там. Ты же не бедная родственница и не приживалка.
– Хорошо, мама. Спасибо, – благодарю совершенно искренне. – Я так и сделаю.
И закончив разговор, в ужасе смотрю на часы. Через пять минут нам с Катей нужно спуститься к столу.
И в ужасе смотрю на отглаженные, будто новые, джинсы, висящие на подставке для одежды, и пустой рюкзак, стоящий рядом. Кидаюсь к шкафу. И как только распахиваю дверцы, в комнату вплывает Катя.
Вот уж точно, она время зря не теряла.
