— Как это завершим? — закричали сразу несколько норегов. — А свадебный дар?
— Что — свадебный дар? — поднял бровь Тьёрви.
— Его надо отдать! — твердо произнес Харальд Щит. — Гудрун не станет женой Эйвинда. Значит…
Гудрун уже открыла рот, чтобы крикнуть свое: «Не верну!» — когда мать пихнула ее локтем в бок, и я успел ответить раньше:
— Мне! — решительно заявил Харальд Щит.
— То есть ты готов стать женой умершего Эйвинда-ярла?
Вестфолдинг онемел. Но его тело отреагировало раньше, чем язык.
Оп! — И меч Харальда выпрыгнул из ножен.
Я с огромным удовольствием показал народу чистый клинок Вдоводела, в котором, как здесь поэтично выражаются, снизу отражалась земля, сверху небо, а вдоль него лежала дорога на ту сторону вечности.
Нореги вмиг повытаскивали боевое железо. Наши — тоже.
Я ухмыльнулся, потому что знал, кто победит. Самое время рассчитаться за тот миг, когда мы с Медвежонком вдвоем стояли против всей шайки вестфолдингов.
— Нет! — взревел Тьёрви самым что ни на есть командирским басом. — Мечи в ножны! Я говорю голосом Рагнара-конунга! Всякий, проливший здесь кровь, станет его врагом!
Черт! Извини, друг мой верный Вдоводел! Сегодня не наш день.
С огромной неохотой я вложил клинок в ножны. Все остальные — тоже. Никто не посмел ослушаться. Хотя я заметил: многие из норегов и кое-кто из моих сёлундских соседей сделали это с облегчением.
— Скажи мне, Харальд Щит, — ровным, будто ничего не случилось, голосом поинтересовался Тьёрви. — Брал ли у тебя Эйвинд взаймы?
Вестфолдинг помотал головой.
— Может, здесь есть кто-то, кому Эйвинд был должен?
— Тогда, Харальд, я должен напомнить тебе Закон: свадебный дар подлежит возвращению, если невеста оказалась порченой, или отказалась вступить в брак, или кто-то из родичей невесты был убит женихом или его родичами, или кто-то из родичей жениха был убит родичем невесты. Есть и другие причины, по которым свадебный дар может быть возвращен, однако я никогда не слышал, чтобы его возвращали по требованию хускарлов жениха.
— Если жених умер, родня вправе предложить взамен погибшего кого-либо из родичей покойного, но происхождение и положение его должны быть не ниже, чем происхождение и положение умершего. В том случае, если невеста откажет, свадебный дар подлежит возвращению. Скажи мне, есть ли у Харальда-конунга сыновья, которые могут занять место Эйвинда?
Я насторожился. Блин! Как я мог забыть, что индивидуум здесь — всего лишь часть рода, а сватовство — обычная сделка между родами.
— У Харальда-конунга еще двое сыновей. Но один из них слишком мал, ему только три года, а у второго уже есть жена.
Тьёрви покачал головой.
— Девушка хорошего рода не может стать наложницей.