Но не суровым викингам.
Так что нас угощали бесплатно. И прислуживали очень старательно. Единственное неудобство: нам с Тьёрви пришлось караулить. Не знаю, как Тьёрви, но я не выспался и весь день дремал в седле. Дремать мне не мешали. Погони не было.
На прощанье Хальфдан сделал хозяину постоялого двора подарок: отрезал кусок от пергамента, взятого у гонца, оттиснул на нем свою печать и сунул трактирщику. Обслужил как следует — получи «чаевые». Отныне этот франк считался человеком Хальфдана. Не то, чтобы гарантия безопасности, но — кое-что. При виде этого оттиска злые дяди-викинги сменят гнев на милость. Главная задача — успеть показать.
«Облагодетельствованный» хозяин вряд ли станет доносить о нас в вышестоящие органы. И домашним своим не позволит. Да и зачем ему? Чтобы получить от сеньора по голове за то, что донес только сегодня, а не вчера?
А вот гонец, которого горшком по голове приласкали, ночью помер. А я ему жизнь обещал…
Еще один груз на мою нетренированную совесть.
— Что печалишься, Ульф Вогенсон? — бодро поинтересовался мой ярл. — Клянусь рукавицей Тора, в этом монастыре столько богатства, что мы будем выбрасывать из сумок серебро, чтобы набить их золотом!
— А скажи мне, ярл, откуда взялось это золото? — Меня с недосыпу потянуло на философию.
— Как откуда? Франки принесли его своему богу!
— А откуда оно у франков?
Хрёрек задумался. Не понимал, к чему я клоню. Я заметил, что Хальфдан и Тьерви тоже прислушиваются к нашему разговору. От скуки, надо полагать.
— За франкские мечи платят золотом, — наконец выдвинул версию мой ярл.
Всё-таки хорошее здесь время. Еще тысяча лет до эпохи, когда деньги превратятся в бумажки и электрические импульсы и биржевые жулики станут наживать состояния, продавая и покупая «воздух», а те, кто производит настоящие ценности, будут неизменно оставаться в дураках, потому что вынуждены садиться за один стол с шулерами-банкирами и играть по их шулерским правилам.
Нет, я не против банков. Без них не обойтись. Но хотел бы я поглядеть на того человека, который возьмет взаймы деньги у Хрёрека-ярла… Да что там Хрёрека… Даже у простого бонда Хёдина Полбочки, а потом скажет, что ссудил кому-то эти деньги под большие проценты, чтобы по-легкому срубить бабла, а этот нехороший «кто-то» деньги замылил, и потому заемщик возвращать долг Хёдину не собирается.
Лучшее, что может ожидать такого мошенника — это батрачить у Хёдина в свинарнике, пока не отработает долг.
Но вернемся в девятый век.
— Вино, — вмешался в разговор Тьёрви. — Прошлой осенью я купил пять бочонков здешнего вина. Тоже золотом заплатил.
— А по мне так наше пиво не хуже, — заметил Хальфдан.