Марьяна и Денис оказываются в напряженной ситуации, где прошлое и текущие отношения сталкиваются с серьезными интригами. Между ними возникает напряжение, вызванное невысказанными чувствами и скрытыми секретами. Их взаимодействие наполнено недоверием и борьбой за то, что им дорого.
Тонкая струйка крови медленно стекала в сапог по капроновым колготкам.
— … твою мать! — тихо выругался незнакомец, — Отслойка…
Марьяна, усилием воли подавив приступ паники, достала из кармана телефон и начала набирать номер скорой.
— Не надо, я отвезу, — решительно проговорил мужчина и поднял ее на руки, — В такой ситуации дорога каждая секунда. А у этих вечно то бригады свободной нет, то машина сломалась.
— Сейчас время доезда — всего двадцать минут, — слабо возразила Марьяна, всё же втискиваясь в белую Ауди, — Я вам весь салон испачкаю кровью…
— Ничего, у меня кожаный, отмою. А вот если у тебя массивное кровотечение откроется, через двадцать минут уже спасать будет некого… Срок какой?
— Тридцать одна неделя, — ответила девушка, приложив руки к животу и морщась от боли. Ребенок внутри проявлял небывалую активность.
— Да уж… Маловато, но не критично… Я тебя в третий роддом везу, там и не таких детей выхаживают…
— Пока не за что. Когда выпишут со здоровеньким ребеночком, тогда и скажешь. А пока, держись, не раскисай. И я бы на твоём месте сейчас позвонил близким. Потом времени на это не будет.
Волнуясь, Марьяна взяла в руки мобильник. Номера того, кому действительно хотелось позвонить в телефонной книге не было. Контакт Дениса был уничтожен ещё в тот роковой день.
Мужу? Зачем? Данику, скорее всего, это неинтересно. Воспримет, как досадную неприятность, опять нарушившую наполеоновские планы по зарабатыванию всех денег мира. Не стоит отрывать занятого человека от работы.
Оставались родители. Мама — это единственный человек, который на неё никогда не давил и как мог оказывал поддержку. Но то, о чем Марьяна была намерена попросить мог выполнить только отец. Девушка вздохнула и решительно нажала зелёный кружок.
— Да, дочь, — генерал взял трубку очень быстро, — Как дела? Прошла тестирование?
— Папа, тут такое дело… В общем, у меня отслойка плаценты. Неудачно упала…
Андрей Михайлович удурченно молчал и тяжело дышал в трубку.
— Сам понимаешь, ситуация непредсказуемая… Поэтому прошу тебя об одной вещи… Если ребенок выживет, а я — нет…
— Ну что ты такое говоришь? — искренне возмутился генерал, — В какой роддом тебя везут? Я прилечу максимум через пять часов… Узнай кто главный врач, зав. отделением? Кому дать денег чтобы всё было хорошо?
— Роддом третий. А денег дай Господу Богу… — горько усмехнулась она, ощущая ладонью как бьётся ребенок, — Сам знаешь, всякое бывает… В общем если случится, как я сказала, хочу, чтобы сын знал своего отца.
