Ты поступила верно, рассказав мне правду, но, увы, ума не приложу что теперь делать… — Даник растерянно развел руками, — Не то чтобы я сильно против детей, но сейчас это так не вовремя… Тебе нужно интенсивно учиться, потом много работать, двигаться вверх по карьерной лестнице, чтобы когда твой отец уйдет с должности, ты уже имела серьезный вес в департаменте здравоохранения… А ребенок будет отвлекать, не даст сосредоточиться на работе…
— Подожди, — изумлённо поговорила Марьяна, — так ты, что, не против записать его на себя?
— А разве в такой ситуации есть выбор? — пожал плечами Данил, — Если я откажусь жениться, неустойка по контракту ляжет на меня и мою семью. Отец просто сгноит за это. А если признаюсь, что у нас с тобой ничего не было — разразится скандал, какого белый свет не видывал… Есть, конечно, один выход… Но, зная тебя, он неприемлем…
— Если ты о прерывании беременности, то сразу нет.
Данил терпеливо вздохнул и подошёл поближе. Взял её ладонь в свою. Заглянул в глаза. Серый взгляд смотрел спокойно и трезво. Сейчас он очень напоминал Григория Константиновича. Всё- таки, зря отец считает его бесхребетным. Вон как свою линию гнет, когда надо.
— Марьян, не сочти меня чудовищем, но это бы сразу решило море проблем… Ну, какой он на таком маленьком сроке? С булавочную головку… Это ещё не человек. Просто набор клеток. Органы не сформированы, нервной системы нет… Червяк — и то более разумный. И я же не настаиваю на варварских чистках или вакуум — аспирациях. Есть современные гуманные способы… Всего одна таблетка… Мы молоды, здоровы. У нас обязательно будут другие дети… Только не сейчас, а в удобное для всех время. А этот… Хорошо если он родится похожим на тебя: светловолосым, голубоглазым. А если смуглым и с черными глазами, как Денис? Мой отец не дурак. Быстро сложит два и два. И тогда тебе несдобровать. Так ославит — на всю жизнь запомнишь.
— Нет, Данил, — покачала головой Марьяна, — Про аборт я даже думать не хочу. Мне всё равно на кого он будет похож. Он мой и я уже люблю его.
— И, наверное, хочешь, чтобы он был счастливым…
— Тогда спешу разочаровать, — серые глаза вновь налились холодом, — У тебя просто не будет времени на этого ребенка… Ты родишь его и сразу же отдашь нянькам или бабкам. А сама будешь работать. Уходить когда он ещё спит, приходить, когда он уже уснул… Ты не узнаешь толком что такое радость материнства. Не услышишь первое слово, не увидишь первый шаг… И из-за этого станешь постоянно испытывать чувство вины.