Вираж бытия — это психологическая миссионерская драма о том, как жизнь может заиграть с ушами в последних минутах перед смертью. Автор мастерски раскрывает тонкий портрет психики человека, брошенного на произвол судьбы приближающейся к нему бездне, создавая изощренную атмосферу нереального спокойствия и бесконечной темноты....
– Хороша сказка, нечего сказать. – покачала она головой.
Фрунзе смущенно улыбнулся и начал пересказывать детям сюжет мультфильма «Ивашка из дворца пионеров». В определенной адаптации, конечно. Да и с поучением, дескать, будете хорошо учиться – никакая нечисть вам будет не страшна."
"– Вот это уже – добрая сказка. – улыбнувшись заметила мама. – Только я ее никогда не слышал. Сам сочинил?
– На ходу.
– Ох не зря же говорят, что ты с писателями спутался. Ох не зря.
Детям понравилось.
Вон – глазки уже открылись и сидят – ждут продолжения.
– А как же спать? – растерялся Фрунзе.
– Ты детей уже полгода видишь едва один-два раза в месяц. Соскучились они по тебе. А тут еще расщедрился – сказки стал рассказывать. Раньше то только Софушка их так баловала. Ты же все при делах да заботах.
Михаилу Васильевичу стало как-то не по себе. Он действительно детей постоянно как-то держал на втором, а то и третьем плане. Всего себя отдавал работе да политической борьбе… сложной и опасной.
– Папа! Сказку! – закричал маленький сын. – Еще! Еще!
– Расскажи еще одну! – воскликнула дочь.
– Расскажу, но после вы спать. Договорились?
Они оба закивали.
И нарком постаравшись как можно красочнее пересказал им мультфильм «Жил был пес». Понравилось им намного меньше. Но все равно – понравилось.
– Еще! Еще! – вновь закричал сынишка.
Но дочка взяла его в охапку и потащила спать.
– Им тебя очень не хватает.
– Понимаю.
– Так отчего же ведешь себя так?
– Живой я могу хоть изредка им уделять внимание. Если же…
– Не будем об этом, – перебила его мать. – Пойдем лучше расскажешь, как экзамен проходил. Не стыдно было? Все же нарком и как какой-то студент малолетний?
– Учиться мам, никогда не поздно.
– Ну-ну. – пожурила она сына. – Шучу я.
Соврала.
И Фрунзе это отчетливо понял. Представив, как уже завтра утром вся Москва станет обсуждать это событие.
Но ничего.
Пусть это выглядит и нелепо. Но это неважно. Когда и в каком виде ЦК примет его предложения – не ясно. Главное их начать реализовывать, не откладывая в долгий ящик. Настолько, насколько это возможно, конечно…
Глава 2
1926 год, июнь 3, Москва
– Ну и пошумели вы вчера, Михаил Васильевич, – улыбнувшись и протягивая руку для приветствия, произнес Дзержинский.
