Роман исследует вопросы нравственности научных изысканий и фантастических приключений. Никита и Тоява Такэда, акробат и японец, обмениваются мыслями о мистике и математике. Между ними возникает напряжение, связанное с таинственными знаками и скрытыми опасностями.
Раздел Chitat.online для книги «Вирус тьмы, или Посланник» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Роман исследует вопросы нравственности научных изысканий и фантастических приключений. Никита и Тоява Такэда, акробат и японец, обмениваются мыслями о мистике и математике. Между ними возникает напряжение, связанное с таинственными знаками и скрытыми опасностями.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Василий Головачёв Легкое чтение Фантастика Фэнтези подборки серии
Роман исследует вопросы нравственности научных изысканий и фантастических приключений. Никита и Тоява Такэда, акробат и японец, обмениваются мыслями о мистике и математике. Между ними возникает напряжение, связанное с таинственными знаками и скрытыми опасностями.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Хороший щелчок, — хладнокровно сказал он. — Можно, я тоже его… щелкну?
Пастух снова поднял свой исполинский кнут. Свист, удар, порыв ветра, но Сухов, в которого на сей раз воткнулось колючее охвостье кнута, остался недвижим. За меч он, однако, браться не спешил. Сказал негромко:
— Иди своей дорогой, служитель рока, мы тебе не враги и не соперники.
Чудовище снова оскалилось в пародии на улыбку, закинуло кнут за плечи и пошагало вслед за своим стадом, уже начавшим спускаться с холма. Сопение, хруст и топот стихли.
— Кто это был? — осведомился Такэда.
— Его имя невозможно выговорить, — ответил с запинкой Никита. — Но его земной аналог — Ананке, божество необходимости, неизбежности. Здесь он пасет случайность, неопределенность. Давай-ка спустимся за ним, сейчас оно проснется.
Сухов не ответил, быстро направляясь вслед за прошедшим стадом.
Они спустились с холма на равнину, утонув в рыхлой почве по щиколотку. Пастух уже увел свое стадо к следующему холму, то и дело слышался его полукрик-полувой «И-и-и-й-я-а-а!» в сопровождении щелканья кнута. Несмотря на размеры и немалый вес, улиткообразные «трицератопсы» следов на равнине почти не оставляли, только слегка утрамбовывали почву.
По примеру Сухова Дадхикраван и Толя отошли от холма подальше и стали ждать. Такэда лишь теперь заметил, что над каждым холмом небо как бы размыто и выпячивается, «свисает» вниз туманно-фиолетовым клином. Видимо, это были пространственные воронки, связывающие «серые зоны» Гашшарвы с отличающимися природными условиями. Толя хотел обратить внимание Никиты на сей очевидный факт, но в этот момент холм, с которого они спустились, зашевелился.
Он закачался вправо и влево, приподнялся, показав бледно-серое пузо со множеством складок-ног, а из-под ближнего его края вынырнула отвратительная, усеянная костяными бляшками, клювастая голова. Холм оказался… колоссальных размеров черепахой!
— Хоррор, — сказал Дадхикраван. — Зона тортиллогенеза. Садок для черепах, предназначенных для предельно простых миров. В данном случае для миров, представляющих собой океан, по которому плавают черепахи, а на их панцирях, в свою очередь, стоят слоны, держащие плоские земли.
— Ага, — сказал Такэда меланхолически. — Значит, Веер реализовал и такие вселенные. Или вы шутите?
Такэда «сёк». Теоретически Вселенная, живущая по законам статистической физики, должна представлять собой Вселенную большого биллиарда.
