О чём книга «Витражи»
Маг, повелитель Ветра и спаситель жизней вынужден раскрыть свои способности миру. Теперь его преследуют папараци, а древнее предсказание грозит отнять у него последние дни жизни. Может ли он изменить судьбу?

Маг, повелитель Ветра и спаситель жизней вынужден раскрыть свои способности миру. Теперь его преследуют папараци, а древнее предсказание грозит отнять у него последние дни жизни. Может ли он изменить судьбу?
Раздел Chitat.online для книги «Витражи» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Маг, повелитель Ветра и спаситель жизней вынужден раскрыть свои способности миру. Теперь его преследуют папараци, а древнее предсказание грозит отнять у него последние дни жизни. Может ли он изменить судьбу?
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Маг, повелитель Ветра и спаситель жизней вынужден раскрыть свои способности миру. Теперь его преследуют папараци, а древнее предсказание грозит отнять у него последние дни жизни. Может ли он изменить судьбу?
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Если узнают, что заходил, потом хлопот с ними не оберешься, до поселка и то никто не подвезет.
– Ясно, - кивнул я. - Ну, вы тогда не ждите. Я потом сразу уйду, чтоб слухов не было, что я в доме Гордеко побывал.
– Так дорога ж там, - старик удивленно указал направление в ту сторону, откуда мы пришли.
– Кто бы я ни был, - напомнил я его же слова. - Я доберусь.
Его лицо приняло серьезное выражение.
– Ну, ты хоть загляни когда, - смущенно пригласил он.
– Приеду, - искренне пообещал я. ""Если останусь жив, приеду"".
И Михалыч пошел обратно, а я направился к дому.
16 глава"
"Сюрпризы бывают трех видов:
1..приятные;
2. неприятные;
3. очень неприятные.
Как правило, мне преподносят третьи.
Дверь подалась первого заклинания. Ухнули петли, тишину пронзил душераздирающий скрип. Дверь рухнула под ноги, подняв столп пыли, которая накапливалась более полувека.
Я вошел. Темнота. Ставни забивали на славу, только с большим трудом и неуемной фантазией угадывались очертания всеми забытой мебели.
– Наконец-то! - призрак появляющийся в темноте в заброшенном доме - видение не для слабонервных. Я вздрогнул.
– Куда ты пропал?! - набросился я на него.
– Справлялся об этой Гордеко, думал, может, нам ее дадут в помощь…
– А они? - просто так поинтересовался я, хотя ответ был очевиден, ведь Сашка появился один.
– Отказали, - хмуро отозвался он. - Сказали, что хватит с тебя меня одного.
– Как всегда, - пробурчал я. - Итак, приступим.
Отрывать и возвращать на место доски со ставен было слишком долго, поэтому я поступил проще - только развел руки в стороны, произнес волшебное слово, и комната наполнилась светом, ничем не отличающимся от дневного.
Пыли стало больше, особенно живописно смотрелась та, что свисала с потолка и со стен. Я даже чихнул.
– Неженка, - фыркнул призрак в мою сторону. - А, кстати, местечко - мечта сумасшедшего художника.
Я не мог с этим не согласиться. А вообще, что-то знакомое было в этом помещении, что-то… Я вспомнил, где еще видел такую паутину - в своем сне. С появлением Сашки витражи мне больше не снились, и я было решил… А, не важно, что я подумал, одно приятно, здесь была только паутина, витражей не наблюдалось.
На полу под толстым слоем пыли валялись бумаги, на полках - древние книги.
– Почему маги не забрали все это? - вслух удивился я. - Ведь все это бесценно!
– Побрезговали? - предположил Сашка.
– Да нет, - побрезговали бы копаться в вещах слабенькой ведьмочки, но, вспоминая ее прошлое пророчество, Александра Гордеко была великой. - Скорее, испугались.
Я подошел к полке и провел рукой по переплетам, стирая пыль. ""Высшие заклинания"", ""Белая магия как основа"", ""Правила магического боя""… Книжки как на подбор, я их, конечно, читал, но я-то маг Стихии, а такие книги разрешается только волшебникам, равным по силе Захару и другим.