На степном тракте слышится прерывистый вздох: "Подмогните, братцы, сило́в уж нет!" – пожилой обозный махнул рукой в сторону колонны. Помня о больших трудностях своих лошадей, он просят помощи капитана Бегова, который раздумывает над их проблемами. Вместе с этим резким тоном входит и комментарий командира: "Эка же вас занесло-то!" Однако пожилой не отчаивается, а продолжает рассказывать о своих трудностях со встречной курьерской каретой....
Итого за сутки преодолевалось двадцать восемь – тридцать вёрст, обычное расстояние для привыкших ходить русских войск, австрийцы же валились с ног и стонали."
"– Это они ещё с батюшкой Суворовым не бегали, как бывалочи мы в Турецкую али Польскую кампании, – закинув ноги на заплечный мешок, пробасил Южаков. – Вот уж где уставали. А это что? Это так, игрушки. Егорушка, ты бы в ступке сначала размял крупку, – посоветовал он готовщику. – Она и разварилась бы тогда быстрее. Мясца-то много ли нынче давали на артель?
– По три фунта баранины, – ответил Лубин.
– Сало – это хорошо, – расправляя поверх сапог портянки, отметил Лыков. – А вот мясца можно было бы и побольше давать, жмутся цесарцы. Ежели его хорошо разварить, то и не заметишь в большом котле. Ну что, Фрол Иванович, верх будем натягивать?
– Да на кой он нам? – поглядев на темневший небосвод, ответил тот. – Ясно ведь, вон как звёзды густо выступают. У костра полог раскинем, шинельками укроемся, и ладно. Ночи-то сейчас тёплые. А так и собираться быстро будем поутру.
На рассвете русские войска уже стояли выстроенные у дороги, а цесарцы всё метались в лагере.
– Суворов лично разнос Краю и его генералам устроил, – рассказывал офицерам Гусев. – Я как раз из квартирмейстерства список с карты забирал. Так там штабные аж у щелей все выстроились, слушали, как он их распекает. Я в немецком-то не силён, но и то понял, что грозится отстранить нерадивых от командования.
– Конечно, будут терпеть, его сам император Франц главнокомандующим над всеми австрийскими силами поставил и чин фельдмаршала присвоил, обещав дать всю полноту и свободу действий, – заявил Хлебников. – Тут уж не повыёживаешься, он и в русской, и австрийской армиях ныне фельдмаршал с правом назначать и отстранять любого генерала.
– Не так-то всё тут просто, Слава, – покачав головой, заметил Гусев. – Говорят, гофкригсрат завалил Александра Васильевича запросами, как он хочет воевать, а потом и вовсе план кампании ему прислали.
– А он что? – поинтересовался Хлебников.
– Да что, всё перечиркал, а на обороте написал: «Я начну действия переходом через Адду, а кончу кампанию, где Богу угодно будет».
– Вот молодец, – усмехнувшись, отметил Вячеслав. – Не на того нарвались цесарцы, чтобы им, как вожжами, из Вены управлять.
– Выступаем, – оглядев строившиеся войска, принял решение Алексей.
