Автор
В глубокой тьме комнаты Марина чувствовала холод каждого кирпича под стоптанными ботинками. Ее дыхание заполняло пространство так же плотно, как и страх, укушавший ее изнутри. Она не могла прикрыть глаза, чтобы не вспомнить, что видела: Костя на диване с чужой женщиной, а она стояла за дверью, словно моль, вынужденная проскользнуть сквозь стены.
Человек он был на редкость неприятный, и бомжовая элита хотела таким образом выжить его с вокзала.
Однако возникал вопрос: куда же в таком случае пропали три человека?
Ударились в бега? Вместе или по отдельности? Или кто-то бежал, а кто-то убит?
Фантазировать на эту тему можно было сколько угодно, но версии не складывались, даже рабочие.
В голову лезла полная фантастика. Например, Жебров решает избавиться от своих бывших подопечных Мориса и Мити и убирает их, а Бастинда-Пучкина случайно становится свидетельницей, а потому приходится избавиться и от нее. Логично? Не очень.
Почему тогда Завен явился в отделение и просил открыть розыск на негритенка? Или Жебров сначала выкрал мальчика из «Ел-пал», а потом уже расправился с ним. Опять же – зачем? Вся сложность как раз и заключалась в том, что эти трое никому не были нужны и никому не мешали.
Так ли это? А может быть, мешали кому-то. И сначала следовало решить вопрос: что могло связывать между собой этих троих?
Был и еще один вопрос: как могло случиться, что Вера не «доехала» до приемника-распределителя? Где она? Тоже ударилась в бега вместе с Шебалиным?
Куда она могли пойти – заторможенная, аутичная девочка?
Самарин пытался подступиться к этому уравнению с несколькими неизвестными все время, пока ехал в набитом поезде метро до «Маяковской». Здесь людской поток выбросил его на угол Невского и Марата. Самарин задумчиво шел по направлению к Московскому вокзалу, когда внезапно почувствовал, как чьи-то пальцы схватили его за рукав.
– Вы допросили его? Что он вам сказал? – послышался срывающийся шепот.
Самарин изумленно поднял голову. Перед ним стоял потерпевший Шакутин.
– Вы о Константинове? – наконец сообразил Дмитрий. – Да, я провел допрос.
– И что он вам сказал?"
"– Вообще-то это тайна следствия, – улыбнулся Самарин, – но в целом картина такая: он слышит о вас впервые в жизни, никогда не видел, в поезде с вами не ехал и вообще из Петербурга за последние три месяца не отлучался. Поэтому не имеет и не может иметь отношения к краже. Вот так.
– Но это же ложь! – вскричал Кол. – А откуда у него мои накладные на фрукты? А фамилия? Ведь именно его фамилия стояла на билете! Отпечатки, наконец! Вы получили данные экспертизы?
– Здесь на улице я не могу вам ответить. Давайте дойдем до прокуратуры.
– Я не понимаю, – говорил по дороге Кол, – ведь он вор, его нашли, неужели нет оснований его задержать?
– Так ведь надо еще доказать, что он совершил кражу.
