Автор
В глубокой тьме комнаты Марина чувствовала холод каждого кирпича под стоптанными ботинками. Ее дыхание заполняло пространство так же плотно, как и страх, укушавший ее изнутри. Она не могла прикрыть глаза, чтобы не вспомнить, что видела: Костя на диване с чужой женщиной, а она стояла за дверью, словно моль, вынужденная проскользнуть сквозь стены....
Но куш неплохой!
Впрочем, сам кейс, пожалуй, можно забирать. Есть одно неплохое место, где он спокойно полежит.
– Васенька, тебя к телефону. – В комнату вошла мать, сухонькая седая старушка.
Василий снял трубку параллельного аппарата:
– Я вас слушаю.
– Очень приятно. Не узнаете, Константинов? Старший следователь Самарин.
Хочу с вами переговорить. Ждите, подъеду через сорок минут. И без глупостей.
Руки, державшие трубку, предательски дрогнули. Но уже в следующий миг Василий пришел в себя. Старший следователь Самарин! Чушь какая! О чем-то еще хочет говорить…
И все-таки оставалась непонятная тревожность.
Константинов поднял трубку и набрал хорошо знакомый номер.
– Да, представь себе, следак решил меня навестить. Я так понял, что один.
Зачем? Понятия не имею. Может, решил прочитать лекцию на тему морали? А' может, ему что-то другое надо. В любом случае хотелось бы подстраховаться…
– Ладно.
– Сказал, минут через сорок.
– Значит, через полчаса подъедут мои люди. Пусть посидят в соседней комнате. А там посмотрим, как дело повернется. Идет?
– Годится.
Василий полностью успокоился. По натуре он не был бойцом. Обмануть, обвести вокруг пальца, подделать документы, выдать себя за кого-то другого – вот это было его. А кровавые разборки ему нравились только на экране.
Полчаса прошли, а обещанная подмога не спешила. Наконец раздался звонок в дверь.
После некоторых колебаний Василий все же решил впустить его. Не хватало еще, чтобы он на лестнице столкнулся с «группой поддержки».
– Проходите, – сказал Василий как можно спокойнее. – Это ко мне, – кивнул он матери.
Самарин прошел в комнату к Василию и, ни слова не говоря, вынул плоскую бутылку коньяка.
– Что стоишь? – спросил он очумевшего Константинова. – Неси рюмки или что там у тебя для этого дела? И закусить.
Василий послушно бросился на кухню.
– Мам? Там ко мне ребята должны прийти, – понизив голос, сказал он матери.
– Так ты дверь приоткрой? Пусть они в прихожей посидят или на кухне. В комнату их не надо… И сама не заходи, ладно?
– Ох уж эти мальчишки… – с улыбкой покачала седой головой мать. – Все у них тайны, загадки… Ладно, ладно, ухожу.
Василий вернулся в комнату с парой рюмок в одной руке и тарелкой с сыром и колбасой в другой.
