В бывшем подвале с черным ходом и мутными лампочками открывается необычный мир — холодные утром минералки и умудренная старая собачка Сашка, который всегда знает правду. Здесь каждый день полон загадок и неожиданных открытий.
Лукьянов лежал на спине, дышал ровно, но я знала, что не спит.
– Ты меня любишь? – спросила я.
Он повернулся на бок, демонстрируя мне спину.
– Обожаю, когда ты строишь из себя дуру.
– Саша, соври, чего тебе стоит?
Он приподнялся на локте, посмотрел на меня, а я зажмурилась под его взглядом.
– Я люблю тебя. Я на тебе женюсь. Я сделаю тебе ребенка, а если захочешь – двух или трех. Захочешь?
– Захочу.
– Отлично. А теперь я могу поспать?
– Конечно. Спасибо тебе.
– Не стоит благодарности. Ты всегда просишь о такой ерунде, так что не стесняйся.
Утром точно пошел дождь. Лукьянов брился в ванной, дверь он оставил открытой. Я немного понаблюдала за ним, потом поднялась, бормоча под нос:
– Все прекрасно в этом лучшем из миров.
– Проснулась? – крикнул он.
– Еще не знаю.
– Кофе готов. С Сашкой я погулял.
– Ты само совершенство. Я тебя обожаю.
Я побрела на кухню, выпила кофе, который уже успел остыть.
– Как кофе? – спросил Лукьянов, появляясь на кухне. – Угодил?"
"– Давлюсь, но пью, раз приготовлено твоими руками.
– Твое настроение с утра мне нравится больше.
– А мне меньше. Я вообще утро не люблю. Ничего хорошего в нем нет. Вставай, иди куда-то. То ли дело вечером, лег и уснул.
– Срочно выходи замуж за своего Колю. Твои мысли до добра не доведут. Чем дальше, тем глупее.
– Я не хочу за Колю, – огрызнулась я, – я за тебя хочу. Коля хороший человек, а тебе можно и помучиться.
– Премного благодарен. Интересно, а что ты на самом деле чувствуешь?
– Меня переполняет восторг с элементами слепого обожания.
– Слава богу, я боялся, вдруг что-нибудь серьезное.
– Нет, что ты.
– Слушай, будь счастливой назло мне. Роди детей, живи долго и вспоминай обо мне с веселой усмешкой.
– Подожди, запишу по пунктам.
– Что ты за человек, – сокрушенно покачал он головой и убрался с кухни. Ко мне тут же подошел Сашка. Влажные глаза его смотрели на меня с недовольством. – Вот только скажи, что я дура, и получишь по носу, – предупредила я.
Санаторий располагался в живописном месте. Мы свернули с шоссе и по узкой дорожке углубились в лес.
Мы подъехали к металлическим воротам, рядом виднелась деревянная будка. Лукьянов посигналил, но на наш призыв никто не откликнулся.
– Посиди, – сказал он, вышел, сделав несколько шагов, толкнул калитку слева от ворот. Она со скрипом открылась, Лукьянов прошел на территорию, заглянул в будку и сообщил: – Никого. На воротах замок.
