В бывшем подвале с черным ходом и мутными лампочками открывается необычный мир — холодные утром минералки и умудренная старая собачка Сашка, который всегда знает правду. Здесь каждый день полон загадок и неожиданных открытий.
– Иванова давно у вас работала?
– Три года.
– Хорошо ее знали?
– Ну… как… по душам не разговаривали, если вы об этом. Мне она нравилась, ответственная, детей нет, значит, нет и больничных. Никаких претензий.
– Замужем?
– Да. Муж шофером работает, тут недалеко, в строительной фирме.
– Между собой ладили?"
"– Вы что хотите сказать, это муж ее убил? – неожиданно вклинилась в разговор Ася.
– А было за что? – спросила я. Женщины переглянулись.
– Давайте как на духу, – вздохнул Артем. – Нам сейчас все очень важно.
– У нее любовник был, – после паузы неохотно заговорила Ася. – Кто, не спрашивайте, не знаю. Она о нем не рассказывала.
– Тогда откуда знаете?
– Ну… звонить бегала часто. Придет довольная, глаза горят.
– Так, может, мужу звонила?
– Скажете тоже, – фыркнула девушка. – Муж у нее прилично зарабатывает, а квартира – сарай сараем, сто лет ремонт не делали. Мебель – рухлядь. Детей не хотела. Зато каждый месяц то шубу купит, то сережки. Ясно, на сторону намылилась. Квартиру, мебель делить надо, а с барахлом проще.
– И ни разу ни словечком не обмолвилась?
– Да я ее как-то прямо спросила: чего, говорю, все носишься, хахаля, что ли, завела? Она так окрысилась. Я уж и не рада была.
– На прошлой неделе она с работы отпрашивалась, – кашлянув, сказала Эмма Григорьевна. – К зубному врачу. Я отпустила. Ушла на три часа. Как раз муж приехал. Очень удивился, ничего, говорит, про врача не знаю.
– Значит, у Елены Петровны были секреты. А сюда к ней никто не заходил?
– Ну… заглядывали знакомые.
– И вчера никто не заходил?
– Да из меня уже всю душу этими вопросами вытянули. И вчера, и сегодня в милиции. Не заходил. Нервная она вчера была, это точно. И вроде, как не в себе. Я спросила: чего, мол, с тобой такое, а она: “С мужем разругались”. Может, приревновал? И звонить бегала, раз пять. Я почему ее не хватилась, думала, опять усвистала.
– Подождите, она что, уходила, вас не предупредив?
– Обычно предупреждала.
– А покупателей, говорите, было много?
– У нас то много, то нет никого. Я ведь не знаю, когда ее… когда это точно случилось. Только вижу, нет Ленки. Тут опять покупатели, а третья кабинка все зашторена.
