Вот выиграем войну, тогда и будешь носиться со своим чувством вины.
— Да, мастер.
— Та женщина, с которой ты путешествовал… Ты уверен, что она умерла?
«Кровавая улыбка, любовь, наполнявшая ее глаза, пока я не провернул лезвие…»
— Абсолютно.
Греалин задумался. Потом пробормотал, словно бы про себя:
— Украденный дар, говоришь…
— Мастер?
Старик поморгал, затем с улыбкой повернулся к Френтису:
— Отдыхай, брат. Чем скорее ты поправишься, тем скорее мы сможем начать нашу войну.
— Вы хотите сражаться?
— Таково предназначение нашего ордена, разве нет?
— Конечно, — кивнул Френтис. — И я рад, что мы с вами мыслим одинаково.
— Жаждешь мести, брат?
— Я изголодался по ней, мастер. — Френтис почувствовал, что улыбается.
* * *По спокойному, размеренному биению своего сердца он понял, что это сон. Он стоял на берегу моря, не ощущая ни вины, ни ненависти, и просто наблюдал за прибоем. Низко над волнами летали чайки, морозный воздух пощипывал кожу, но это было даже приятно. У воды играл мальчик лет семи, рядом стояла стройная женщина, готовая в любой момент подхватить ребенка, если тот подойдет слишком близко к воде. Френтиса она не видела, ветер трепал ее длинные темные волосы и простую шерстяную шаль, накинутую на плечи.
Пригнувшись, он направился к ней, бесшумно ступая по мягкому песку. Женщина не отрывала глаз от ребенка, словно бы не чувствуя приближения Френтиса, но, как только он прыгнул, стремясь схватить ее за шею, она обернулась, перехватила его руку и пинком повалила на песок.
— Однажды я это сделаю, — сказал он, сердито глядя на нее снизу вверх.
— Но не сегодня, любимый, — рассмеялась она, помогая ему подняться. Прижалась к нему, мягко поцеловала, а когда он ее обнял, повернулась к мальчику. — Я же говорила тебе, что он будет прекрасен.
— Говорила. И оказалась права.
— Почему ты меня убил? — спросила она, дрожа на ветру и заставляя Френтиса обнимать ее сильнее. Слезы потекли по его лицу, душевное спокойствие исчезло, сменившись голодной яростью.
— Это из-за всех тех людей, которых мы с тобой убили. Из-за безумия, которое я видел в твоих зрачках. Из-за того, что ты отказалась от мира.
Он сжал руки, ломая ей ребра, и она начала задыхаться в его объятьях. Мальчика подхватила волна, он принялся со смехом плескаться в море и махать руками родителям. Женщина захохотала, кашляя кровью.
— У тебя было когда-нибудь имя? — спросил ее Френтис. Она забилась в его руках, и он знал, что на ее губах вновь расцвела кровавая улыбка.
— Оно и сейчас у меня есть, любимый…
* * *Его разбудили крики. Френтис скатился с кучи папоротника, чувствуя, как протестующе застонали мышцы. Опасливо посмотрел на рану, но никаких личинок там уже не было, только повязка.