Это, наверное, шок… Извини. Я просто реально была уверена, что твой парень Грушевский и когда услышала имя Скалаева… Прости, я не подумала.
Я вытираю рукавом неизвестно откуда взявшиеся слезы и вдруг понимаю одну важную деталь.
Комната вокруг начинает отчаянно кружиться, в голове шумит, во рту становится неимоверно сухо и мне приходится прилагать огромные усилия, чтобы задать ей следующий вопрос:
– Когда ты решила, что Ян мой парень? Ты с ним познакомилась только на его дне рождении.
Дина кивает, а я продолжаю:
– И там ты увидела какие-то странные взгляды в мою сторону, так?
Она снова едва заметно кивает головой пытаясь понять к чему я клоню.
– И после этого ты заловила его на кухне, чтобы предложить себя?
Кажется, меня сейчас стошнит. К горлу подкатывает мерзкий ком из неверия и отрицания. Но глубоко внутри какая-то часть меня вопит “я знала, я знала”.
Я не свожу взгляд с ее лица и вижу каждое движение мышц, считываю каждое изменение в мимике и, кажется, даже могу прочитать ее мысли. Потому что отчетливо понимаю, когда она решает, что у нее все еще есть шанс оправдаться: секундная растерянность сменяется напускным возмущением и она заявляет:
– Это тебе твой Грушевский наплел? Он сам ко мне приставал, зажал на кухне, но я его послала. Тебе говорить не хотела, чтобы не расстраивать. Я реально думала, что это он твой парень и…
– Даже не пытайся, – резко перебиваю ее. В горле клокочет, голос дрожит, но это меня не останавливает. – Я слышала ваш разговор. Своими ушами. Ян мне ничего не рассказывал, видимо, тоже не хотел меня расстраивать и упрекать в том, что привела на его вечеринку дешевую шлюху.
И в эту секунду я вижу это – мгновение, когда с ее лица слетает маска, точнее она сама снимает ее и решает больше не притворяться.
– Ты знаешь, я даже рада, – усмехается она. – Притворяться твоей подругой было чертовски утомительно!
Ком в горле не проходит несмотря на то, что я несколько раз громко сглатываю и только откашлявшись я задаю этот ужасный вопрос:
– Давно? Как давно ты притворяешься?
Сейчас, заглянув назад, я понимаю, что за последние пару лет Дина сильно изменилась. Стала немного чужой, у нас почти не было общих интересов, но я все еще отчаянно цеплялась за нашу дружбу игнорируя все знаки.
