Вне клана — это история об обычной женщине, которая оказывается среди мертвецов после сильного удара. Её тело вдруг начинает двигаться самостоятельно, перепрыгивая через рвы и препятствия. Внутренний спор между необходимостью выжить и вопросами о правомерности такого поведения создает непредсказуемую атмосферу приключенческого романа....
По широкому кругу обойдя мародеров, я пошел дальше, но еще какое-то время ощущал на себе взгляды двух пар враждебных глаз. Потом ощущение прошло — мародеры вернулись к работе.
Поле казалось бесконечным, все длилось и длилось, и мародеры уже скрылись из виду, а я так и не увидел ничего более приятного, чем трупы, мухи и вороны.
— Эй, ты! Стой!
Голос был неприятным, так что я продолжил шагать, притворившись, будто ничего не слышал.
— Стой, я сказал! Или нашпигую стрелами!
Это звучало еще более неприятно, но, к сожалению, убедительно.
Я остановился и повернулся лицом к кричавшему. В той стороне возвышался холм, и из-за этого холма как раз вышел человек — в полном доспехе, держа в руках натянутый лук со стрелой, наложенной на тетиву. Следом за первым человеком из-за холма появилось еще несколько, все в доспехах, все вооруженные.
— Твое имя, ранг, клан! — рявкнул первый человек.
Я недоуменно моргнул.
Слова вооруженного незнакомца прозвучали приказом, но по смыслу приказом быть не могли. Значит, вопрос.
Мое имя?
Сейчас я припомнил, что у всех людей бывают имена. Значит, оно было и у меня.
Вот только какое?
Память молчала.
Ранг, то есть воинское звание?
Сейчас, задумавшись об этом, я понял, что виденные мной мертвецы в дешевом обмундировании были рядовыми бойцами, а мертвецы в дорогом — офицерами. Но кем был я? Ни оружия, ни доспехов, только грязная рваная одежда. Сомнительно, что в таком виде я мог оказаться кем-то из командования. С другой стороны — а вдруг?
Клан?
Только когда незнакомец произнес это слово, я осознал, что мне известно его значение.
А что я? Был ли я частью клана? Если да, то какого?
Я посмотрел вниз, на носки своих обшарпанных сапог, и вздохнул.
Увы, на вопрос незнакомца я мог ответить честно, произнеся одну единственную фразу:
— Я не знаю.
— Не знаешь? Что, даже имя свое не знаешь? — лицо человека исказилось в недоверчивой гримасе.
— Успокойся, Сербен, — велел другой человек, вставший на полшага позади первого, — таких незнающих мы насобирали уже три сотни. Память у всех как решето. Ты, парень, пойдешь с нами, — теперь другой человек обращался ко мне. — На месте разберемся.
Упомянутым местом оказалась большая, на несколько сотен домов, деревня.
