Автор
В воскресенье Даниил, миллиардер по наследству, кажется, пьян. Он смотрит сквозь окно, глядя на мир за окном через стакан вина. Мимолетное мгновение превращается в вечность прежде чем он замечает меня, осматривая мою фигуру издали с ухмылкой. Супруга его явно не трезвая, на белоснежной рубашке красуется следы от ярко розовой помады....
— А если и мама захочет, милости просим.
— Мама! Давай вместе! — восклицает Киренок.
— Хорошо, но не сегодня. Кстати, Даниил, я отвезу Киру вечером к моему отцу, у меня сегодня встреча, — произношу я.
— С кем встречаешься? — в голосе Даниила слышатся напряжённые нотки.
— С Глебом, — спокойно отвечаю.
— Кира может остаться у меня, если ты не против, — предлагает Даниил. Я замечаю, что мужчина больше ничего не ест, вероятно, мой ответ о встрече с Ланским не пришелся ему по душе.
— Мам, я хочу остаться у папы, — радостно заявляет дочь.
— Кира, тебя дедушка ждёт сегодня, — говорю спокойным тоном, а внутри закипаю. Такие вещи должны обсуждаться наедине, не в присутствии ребенка. Даниил сказал это нарочно при Кире, чтобы мне сложнее было отказать.
— Пожалуйста, — хнычет она.
— Ладно, — сдаюсь я. — Думаю за один вечер ничего не случится.
— Кстати, доченька, у меня есть для тебя подарок, — мужчина достает из кармана летних брюк небольшую коробочку. — Это тебе.
— Как у мамы! — восклицает Кира. — Мама, смотри.
— Да, только маленькие сережки для сладкой девочки, — улыбается Воскресенский, не отводя взгляд от меня.
Я испытываю шок, потому что в коробочке лежат серьги точь-в-точь как мои, которые пять лет в качестве новогоднего подарка мне преподнес Даниил. Кира давно просила такие же, но я нигде не могла их найти. Ни в одном ювелирном.
— Они великолепны, — одними губами произношу я.
Обед проходит так по-домашнему. По-семейному. Моя девочка счастлива, а ее эмоции зашкаливают до предела. Ещё бы! Заполучить любящего папу, который готов свернуть для нее горы только ради одной улыбки.
— Ты можешь отдохнуть, Аг-ги. Я займусь Кирой, — неожиданно предлагает Даниил. Мужчина начинает убирать со стола, и мне становится неловко.
— Хорошо, спасибо. Я помогу, — говорю я, вставая из-за стола.
Мы с Воскресенским одновременно берём опустевшую тарелку из-под мяса и случайно касаемся пальцев друг друга. Меня будто прошибает током, и судя по потемневшему взгляду мужчины, он ощущает то же самое. Я отступаю, резко убирая руку, после чего быстро беру другой столовый предмет и ставлю его в посудомоечную машину.
Мне хочется знать о нем больше, особенно о его странных отношениях с Алисой. Эта женщина уже много лет существует в его жизни, и если не любовь, тогда что их может связывать?
— Даниил, я понимаю, что это не совсем мое дело, но мне хотелось бы знать, какую роль играет Алиса в твоей жизни? Она не отходила от тебя ни на шаг тогда. Теперь и вовсе ждёт от тебя ребенка.
