Автор
В Москве Ольга с любовью наблюдала за спящим ребенком – своей Алиной. Девочка-принцесса только что отметила второй день рождения, и это было самым счастливым и незабываемым моментом в ее жизни. Однако этот шок не оставляет девушку равнодушной: вскоре после родов у девочки обнаружили дисплазию тазобедренного сустава, что вызвало полное замешательство и беспокойство....
Ольга лишь скромно улыбнулась, не зная, что и ответить на такие слова, а потом решила спросить:
–Скажите, а что случилось с Валентиной? Просто Олег… ничего не говорил…
– Хорошая была наша Валюшка. Добрая, милая девушка, но вот все старалась сама делать, чужих людей не любила. Только ее семья. Это, конечно, хорошо, но плохо, что совсем их я не видела. Никого. Хорошая она была, ничего не скажу. Радовалась, что все так складывалось. А потом вот приболела, но никуда не шла и ничего не говорила, а потом раз и все – внезапно плохо стало.
Ольга закатывала, слушая, и думала о том, что, Сторхов помог ей, вспоминая случай с женой, не желая оставлять женщину в беде. Радовалась, что, благодаря ему с ней и с дочерью все хорошо, ничего не случилось, во что до сих пор не верилось, ведь тогда она представляла собой ходячее приведение, а он помог, да и сейчас.
Закончив работу и убрав со стола, уложила девочек спать, а потом направилась в задний двор, не желая оставаться одной или сидеть дома перед телевизором. На улице было хорошо, свежо, солнышко светило, но не грело.
Латрова налила в кувшин свежего напитка и пошла. Увидев, как Сторхов работает, смутилась, чувствую силу, агрессию, жар мужчины. Дождавшись, когда он разрубил очередную чурку, и еще не приступил к следующему, позвала:
– Олег.
Мужчина, заметив ее, вытер лоб рукой, убрав выступивший пот, и подошел ближе. Взяв кувшин, выпил почти все и отдав, спросив:
– Спят?
Ольга улыбнулась и произнесла:
– Да, так набегались, что сразу же уснули, – с улыбкой ответила и, наклонив голову набок, добавила: – Примешь в работники?
– Может, просто посидишь? – предложил он, жадным взглядом окидывая свою женщину.
