Автор
В Москве Ольга с любовью наблюдала за спящим ребенком – своей Алиной. Девочка-принцесса только что отметила второй день рождения, и это было самым счастливым и незабываемым моментом в ее жизни. Однако этот шок не оставляет девушку равнодушной: вскоре после родов у девочки обнаружили дисплазию тазобедренного сустава, что вызвало полное замешательство и беспокойство....
Было необычно видеть чудесную красоту не по картинкам, а своими глазами, имея возможность прикоснуться, что вызывало много эмоций в груди женщины.
У огромного дома из темно-коричневого кирпича с черной крышей она увидела – искусственный пруд. Водоем, стилизованный под небольшое озеро. Невероятно роскошный, завораживающий, отчего создавалась ощущение, что она в сказочном месте.
– Смотри, мама! – с восхищением воскликнула Алина, сжимая руку Латровой. – А там рыбки есть?
– Есть! – громко произнес мужчина, а потом добавил: – Декоративные карпы.
"Алина повернулась к нему и скромно улыбнулась, отчего у нее появились ямочки на щеках. Девочка была в восторге от огромного мужчины, проявляющего к ней столько теплоты, а что особенно восхищало – его доброе общение. Алина всегда мечтала, чтобы папа с ней так разговаривал, но даже когда ей сняли шину, и она вечером пришла к нему с надеждой, что он обнимет ее и хоть немного поиграет, ведь она больше не инвалид, он только недовольно крикнул на маму, чтобы лучше смотрела за ребенком.
– Как поправишься, покажу тебе, если хочешь, – предложил Сторхов, посматривая на часы, и Оля сразу же быстрее потянула дочь, не желая задерживать Олега.
Поднявшись по лестнице, они вошли в дом, переходящий в двухэтажный коттедж. Через некоторое время прошли два просторных коридора и оказались в гостиной, выполненной в темных цветах. Два кожаных дивана посреди комнаты, камин из кирпича, шоколадного цвета шторы с портьерами и громадные картины на стенах. Больше ничего не было, что говорило о мужском холодном вкусе.
Отмечая роскошь интерьера, Ольга чувствовала себя с каждой секундой неуверенней, желая убежать, не понимая, что она с дочерью здесь делает. Помнила слова Олега, но считала, что с его возможностями он может позволить себе самую лучшую и заботливую няню. А у нее нет соответствующего образования, чтобы заниматься с Викторией.
Стало на мгновение страшно, но Оля ничего не сказала. Она должна пересилить свой страх ради дочери. Обязана.
Вспомнив про сумки, тихо произнесла:
– Олег, наши вещи…
– Не беспокойся.
Поднявшись по лестнице, свернули влево, и подошли к одной из дверей. Мужчина постучал и вошел внутрь. Ольга с дочерью последовала за ним и, увидев милую девочку, спящую на кровати, нахмурилась, считая, что ей плохо. Вика сжалась в комок и спала.
– Врача вызывали? – с беспокойством спросила она, мгновенно подходя ближе.
