Автор
В Москве Ольга с любовью наблюдала за спящим ребенком – своей Алиной. Девочка-принцесса только что отметила второй день рождения, и это было самым счастливым и незабываемым моментом в ее жизни. Однако этот шок не оставляет девушку равнодушной: вскоре после родов у девочки обнаружили дисплазию тазобедренного сустава, что вызвало полное замешательство и беспокойство....
Она… ваша внучка! Как вы так можете говорить?!
– Внуки у меня должны быть все здоровые и от нормальной снохи, а ты… даже родить нормальную девку не смогла, не то, что пацана, – презрительно выдала она и, видя в глазах молодой женщины обиду и, возможно, ненависть, с довольной ухмылкой проговорила: – Ну? Что-то хочешь сказать? Говори, а я… послушаю… Так даже будет лучше… для меня…
Ольга посмотрела в противоположную сторону, и спросила:
– И когда вы хотите нас выгнать? Владимир знает, что вы его и…
– Сынок уже давно все знает, и ему не стоит волноваться, а вот тебе нужно подумать, где найти приют.
– Я не понимаю вас, – произнесла Ольга, чувствуя, как в груди все сжимается от страха за себя и маленькую дочку."
"– Это твои проблемы. Можешь уматывать в свою далекую деревеньку, откуда выползла, там тебе будут ряды. Нас это уже не касается! Все, я пошла, а ты постарайся все тут убрать, а через несколько дней сдашь ключи. Поняла?
Ольга ничего не ответила, лишь кусала губы в кровь, не замечая, как свекровь коварно улыбнулась и пошла на выход.
Мысли одна за другой кружились в голове. Но надежда зрела в груди, что муж все исправит, скажет, чтобы не волновалась, убедит, что они вновь поругались с матерью и ничего не случится. Он обязательно успокоит и прижмет к груди, ведь не может быть все так ужасно.
Ольга не знала, сколько так сидела, пока не услышала звук домофона, свидетельствующий о том, что пришел муж.
Светловолосый высокий мужчина худощавого телосложения вошел в кухню и сразу же недовольно рявкнул:
– Что, даже тяжело встретить? Лень встать со стула?
Оля невидящим взглядом смотрела на свои руки, желая сразу задать важные вопросы, но ей было очень тяжело это сделать.
– Приходила… твоя мама – совсем тихо проговорила Ольга и, облизнув губы, пытаясь не разреветься, дрожащим голосом продолжила: – Она сказала, чтобы я с Алиной собирала вещи, и через несколько дней уходила отсюда. А у тебя другая жизнь…
Как только произнесла слова, являющиеся приговором для нее, посмотрела в глаза любимому мужчине, читая в них неверие, возмущение и злость.
