– Братец, что за муха тебя укусила? – спросил подошедший к нему Элиас. – Ты выглядишь так, словно собираешься пристрелить кого-нибудь. Или себя.
Гарри заставил себя улыбнуться.
– Лучше уж я пристрелю проклятую сопрано.
Элиас, обладавший превосходным музыкальным слухом, с презрением посмотрел на младшего брата.
– Я всегда знал, что тебе слон на ухо наступил. Так что нет смысла объяснять тебе, почему все считают вокальные данные этой певицы исключительными.
– Исключительными? – ехидно переспросил Гарри. – Господи, братец, тебе впору начать писать стихи. Байрону известно, что у него появился конкурент?"
"Гарри не знал, почему насмехался над братом. Ведь Элиас не сделал ничего дурного, кроме того, что он не был Питером. Но Элиас, казалось, нисколько не обиделся. Усмехнувшись, он проговорил:
– Ты, Гарри, – невежественный юнец. Байрон умер четыре года назад, и ты знал бы это, если б проявлял интерес к чему-нибудь, помимо развлечений.
Элиас был не в курсе страданий младшего брата. После отъезда Софи Гарри посещал лишь самые респектабельные светские мероприятия. Впрочем, он знал, что в любом случае не завоюет расположения Лита. Тот, без сомнения, забыл о его существовании так же быстро, как выгнал из своего роскошного дома. И все же лучшее, что Гарри мог сейчас сделать, – это вести себя благопристойно.
– О, мальчики… – произнесла Пен, подходя к братьям. Погруженный в раздумья Гарри не заметил, как концерт закончился и гости вышли из зала. – Мальчики, перестаньте.
– Став герцогиней, ты решила, что можешь отдавать нам приказы? – проворчал Элиас.
Гарри поначалу ощетинился, но потом заметил пляшущие в глазах брата озорные искорки. Пен тоже улыбалась, хотя и не так ослепительно, как в Риме.
– Лишь в том случае, когда вы намереваетесь подмочить мою герцогскую репутацию, – сказала она. В этот момент к ней присоединился Кэм. – Я слышала, Элиас, что на следующей неделе ты впервые выступаешь в Парламенте…
Брат кивнул.
– Да, верно. Будешь на галерее, чтобы меня поддержать?
Если бы Гарри не наблюдал за сестрой так пристально, он ни за что не заметил бы взгляд, брошенный ею на мужа – Пен взглянула на него так, как если бы спрашивала его позволения. Неприязнь Гарри к шурину еще больше возросла. Черт бы побрал Кэма, запугивавшего его сестру!
– Надеюсь, она придет, чтобы увидеть в деле нас обоих. – Кэм коснулся руки жены, и та вздрогнула – словно прикосновение показалось ей неприятным.
«О, Пен, во что, черт возьми, ты впуталась?» – мысленно воскликнул Гарри.
Тут Кэм начал расспрашивать Элиаса о его дебюте в Парламенте, и они вместе направились к двери, предоставив Гарри долгожданную возможность побеседовать с сестрой.