И если ты считаешь, что Лит оставит безнаказанными мои попытки поспособствовать этой запретной связи, то ты совсем лишился разума.
– Пен, я много думал об этом. И я даже готов согласиться с некоторыми из твоих доводов.
Пенелопа облегченно вздохнула.
– Тогда остановись, пока не случилось беды."
"– Нет, никогда, – заявил Гарри. – Никто и никогда не убедит меня в том, что Софи лучше стать женой человека, который ее не любит. И которого она не любит.
– Возможно, Софи просто вообразила, что влюблена в тебя. – Пен внимательно посмотрела на брата. – Ладно, хорошо. Готова признать, что у тебя серьезные намерения. Но она слишком молода.
– Она знает, чего хочет ее сердце. Видишь ли, нам приходится сталкиваться с такими проблемами, что ей было бы проще меня бросить…
– Может, ее просто захватили эмоции? Тайные встречи, наверное, вскружили ей голову.
– Это не так, – упорствовал Гарри. – Софи любит меня по-настоящему. И мы собираемся пожениться.
Пен в очередной раз вздохнула.
– Только через труп Лита, – пробормотала она. – Я не знакома с маркизом лично, но все, что я о нем слышала, свидетельствует о том, что он не изменит своего решения. И если уж он решил, что ты не подходишь его сестре в качестве мужа, то тебе никогда не получить его одобрения.
– Мы не станем дожидаться его одобрения, – резко произнес Гарри, отчего лакей, расставлявший стулья, невольно поднял голову.
Ошеломленная заявлением брата, Пен заморгала.
– Гарри, ты всех нас погубишь.
Молодой человек осмотрелся и, понизив голос, сказал:
– В данный момент я хочу лишь одного – увидеть Софи. Даю тебе слово, Пен, у меня честные намерения. Так что тебе не придется помогать развратнику, замыслившему недоброе.
В глазах Пенелопы промелькнула грусть и еще что-то такое, чего Гарри не смог прочитать. Она молчала так долго, что молодой человек заметно занервничал. Наконец, к его облегчению, Пен кивнула и тихо сказала:
– Хорошо, я тебя поддержу. И да поможет нам Господь, если все раскроется.
– Чего хотел Гарри? – поинтересовался Кэм, когда супруги уже сели в экипаж.
Пен украдкой посмотрела на мужа. Конечно же благовоспитанный джентльмен Кэмден Ротермер сел спиной к лошадям. Не дай Бог, чтобы он нарушил правила этикета и опустился на сиденье рядом с женой.
– Итак… – произнес герцог.
Слава Богу, что лампы внутри экипажа оставались незажженными, иначе Кэм непременно догадался бы, что она солжет.
– Ты говоришь так надменно… – произнесла Пен, все сильнее ощущая тревогу и раздражение. Ей ужасно не хотелось отвечать на вопрос мужа.
Кэмден скрестил руки на своей широкой мускулистой груди. Пенелопа почти не видела его лица, но точно знала, что на нем застыло обычное суровое выражение.
– Я жду ответа, Пен.