Одно резкое движение, глухое рычание, и я чувствую пульсирующую боль в месте нашего соединения. В неописуемом напряжении и с перекошенным от боли лицом дергаюсь, ударяясь головой о стену, вскрикивая, впиваясь в широкие плечи пальцами, пытаясь отстраниться хоть немного. А когда не получается, просто утыкаюсь носом в его шею, боясь отпустить и судорожно прижимаясь.
Он замирает и чуть отстраняется.
Я не думала, что будет так больно. Я считала, что это будет секундное неприятное ощущение, но боль до сих пор отдаёт в живот, колотит пульсирующими движениями изнутри.
Мариб напряжен и ошарашен, вновь поджимает губы и вглядывается в моё лицо, а я опускаю глаза вниз, а потом, желая скорее спрятаться, снова утыкаюсь носом мужчине в шею. Стыд и неловкость возвращаются.
Он немного меняет положение и переносит вес тела. Тянется рукой до смесителя и одним движением руки выключает воду.
Он так смотрит… мягко, сочувственно, как будто был бы рад всю мою боль забрать себе.
А потом вновь наклоняется и молча утыкается своим лбом в мой.
Я сначала чувствую, как он отстраняется, а затем опускаю взгляд вслед за мужчиной.
Стеснение и стыд пробирают. Накатывают неудержимыми волнами. Хочется провалиться сквозь землю. Потому что он видит то же самое, что и я. Мою кровь на себе.
Его дыхание неуловимо меняется. Он держит меня все также крепко, но его пыл немного растерялся.
Вновь наклоняется, ласково касается носом. Заставляя приподнять лицо.
– Мира… – непривычно тихий шёпот сбивает меня с толку.
Только сейчас я ослабляю хватку, позволяя себе посмотреть ему в глаза. А их пронзительная яркость манит меня и удивляет, как и раньше. У него такой взгляд… В нем столько нежности, тепла и участия.
Он осторожно помогает мне опуститься на ноги, нежно прикасается.
– Ты чистая… – произносит удивленно, будто ещё не осознал. Не поверил.
Он настолько ошарашен, что я вдруг начинаю улыбаться. «Чистая». Звучит очень необычно, он произнёс это слово с волнением.
Я пытаюсь немного пошутить и разбавить напряжение, пожимаю плечами и, кивая на душевую кабину, как могу беззаботно произношу:
– Ну да. Я же в душе.
Напряжённые черты лица Мариба неожиданно смягчаются. Зубы обнажаются в тёплой улыбке. И у него в этот момент по-мальчишески озорное лицо. Счастливое. Радостное. Лучезарное.
– Надо ж было сказать. Или хотя бы намекнуть.
– Я растерялась немного. Ты так неожиданно вернулся.
Он гладит меня по волосам и ласкает лицо трепетным взглядом.
– Поверить не могу.
