Сегодня я заставил себя отложить все дела и принять приглашение Лии провести вечер вместе: уже больше недели она зовёт на ужин, а дальнейшее предложение остается висеть в воздухе приторным послевкусием. А я искренне радуюсь, что чувствую хотя бы его. Потому что в последнее время все оттенки смешались для меня в один цвет, образуя в душе беспросветное чёрное пятно.
– Ну вот, – как обычно, девушка чуть тянет гласные, наклоняясь, целует меня в щеку и ставит передо мной красиво сервированную тарелку. – Мясо. И овощи.
Она ласково улыбается и смотрит на меня с нежностью. Когда-то мне этого было более чем достаточно. Когда-то…
Лия ставит на стол томатный соус и тарелку с лепешками. А я со своего места равнодушным взглядом бегло прикасаюсь к пухлым губкам, чуть вздернутому носику и глубоким карим омутам. Про себя отмечаю, что Лия позволила темным прядям свободно струиться по спине, а часть перебросила через плечо на грудь. Эффектно. Вот только это не белый шёлк, который так нежно щекотал мою грудь, когда Мира со стеснительной улыбкой наклонялась поцеловать меня.
Я с силой выталкиваю воздух из легких, прогоняя ненавистные видения, от которых просто нет спасения!
Лия готовилась к моему приходу. Это очень заметно.
Она невероятно красива. И однажды меня зацепила в первую очередь именно внешностью. Но все это уже давно отодвинулось куда-то далеко и даже не на второй план.
– Соус я, кстати, тоже сама готовила. С томатами и зеленью, как ты любишь.
Она присаживается рядом, берет в руки приборы и не спеша принимается за овощи.
– Спасибо, мне приятно, что ты так хорошо знаешь мои…
Я осекаюсь, как только разрезаю мясо и подношу его ко рту. И чувствую, как внутри стремительно закипает ярый протест.
Досада расползается и агрессивно впивается в кожу. А я все ещё пытаюсь держать себя в руках и не вспылить. Снова.
Поэтому, максимально выжимая из себя остатки ускользающего спокойствия, я откладываю в сторону вилку и отодвигаю от себя тарелку.
– Спасибо, наелся, – выходит излишне резко, но это я ещё постарался.
– Что-то не так? Ты недоволен… – расстроенно тянет Лия, а я не вижу смысла объяснять. – Ой! Мариб! Прости!
Она тут же тянется к тарелке и убирает ее с глаз.
– Извини, я… – растерянно качает головой, удрученно надувая губки, – я забыла, что ты не любишь свинину.
А Мира никогда не забывала.
Мой быт с ней вообще стал намного проще. Она всегда помнила мои предпочтения в еде.
