Понятно, что с этим множество трудностей, потому что банк в Цюрихе вряд ли на слово поверит в мою родословную. Придется подтверждать, в архивах документы собирать… Сейчас это, в принципе, не составляет особых проблем, не железный занавес у нас, слава Богу.
Если б еще за мной не охотились из-за этого ключа.
И если б еще Кирилл…
Моя головная боль, постоянная.
Все это время старательно откладываемая на задний план, потому что решения не было. Розгин обещал, конечно, но когда? И как? И вообще, возможно ли это?
А вдруг удастся обменять Кирилла на наследство?
Эта мысль поразила своей новизной.
Это же выход!
Мне не нужны эти драгоценности! Зачем они мне такой ценой?
А вот выторговать на них жизнь Кирилла…
Купить его у сектантов…
Потому что не мог, ну вот просто не мог он по своей воле! Точно опоили! Или обкололи! Или загипнотизировали!
А , значит, возможно все развернуть назад!
Я повернулась к Розгину, чтоб поделиться этой свежей мыслью. Ведь, если они согласятся, то я смогу спокойно собирать доказательства своей принадлежности к династии Головиных!
И не надо будет партизанскими тропами…
Розгин , не глядя на меня, оторвал руку от руля и положил мне на бедро.
Очень по-собственнически.
Одновременно предупреждая и показывая, кто тут главный.
- Не сейчас, Княгиня. Не сейчас.
Я переводила взгляд с его жестокого лица на крупную тяжелую ладонь на моей ноге.
И молчала.
Понимая, что да. Сейчас не время. Потом, когда выясним про Варвару Петровну.
Наверняка с ней все хорошо.
Просто… Просто уехала на пленэр, забыла включить телефон…
Времени мало прошло, всего двое суток. Так что…
Мы ехали в город, и мне ужасно хотелось, чтоб все самое страшное уже было позади.
Чтоб мы, при помощи полученной новой информации о моем наследстве смогли освободить Кирилла, и, если не вернуть наше состояние, то хотя бы уехать куда-нибудь вместе с братом.
В конце концов, мы с ним оба молодые, здоровые. Сможем начать все с нуля на новом месте.
Конечно, денег, что отец всю жизнь зарабатывал, ужасно жаль.
Конечно, может, это и несправедливо по отношению к другим обманутым сектой людям. Но я не супервумен, и никогда не собиралась бороться за справедливость для других. Я всего лишь хотела спасти своего единственного близкого человека. И все.
Примерно через полчаса езды на мой телефон пришел звонок с незнакомого номера.
Розгин ответил.
Выслушал молча. Отключил телефон. Сжал челюсти так, что они побелели. И лицо словно выцвело.
