Хочу попросить тебя об одолжении…
— Ты думаешь, я настолько рехнулся, что буду исполнять твои прихоти?
— Я думаю, ты отроду свихнутый.
— Иди ты, Ребус, к едрене фене.
— Я бы с удовольствием, да она все твердит, что тебя любит, а ты ее бьешь. — Только так и можно было пронять Клаверхауса — отвечая наглостью на наглость.
— Да, вот такое я говно, Ребус, а потому повторяю свой первый вопрос.
— Не думаю ли я, что ты рехнулся? Давай сформулируем так: чем скорее ты выполнишь мою просьбу, тем скорее я от тебя отстану и смогу поехать в паб, чтобы напиться до бесчувствия.
— Господи, ну почему ты сразу не сказал? Выкладывай, что там у тебя, только покороче.
Ребус сдержанно улыбнулся в телефонную трубку.
— Мне нужно связаться с кое-какими нашими коллегами.
— С какими именно?
— В Дублине.
— Зачем?
— Хочу покопаться в прошлом дружка Филиппы. Пусть они посмотрят, что у них на него есть.
— Я поставил на него десятку из расчета два к одному.
— Тем более у тебя есть основания мне помочь.
Клаверхаус задумался.
— Дай мне четверть часа. И не отходи далеко от телефона, я тебе позвоню.
— Договорились, буду ждать."
"Ребус положил трубку и откинулся на спинку стула. Внезапно он заметил в дальнем углу какой-то знакомый предмет. Присмотревшись, Ребус узнал старое рабочее кресло Фермера Уотсона. Должно быть, Джилл выставила его из своего кабинета в общий зал, чтобы им мог воспользоваться кто-то из подчиненных. Ребус подкатил его к своему столу и расположился в нем с большим удобством. Тут он вспомнил о тех словах, которые сказал Клаверхаусу. «Поехать в паб и напиться до бесчувствия…» Вечерние посещения пабов давно стали для Ребуса частью рутины, привычным завершением рабочего дня, однако он сознавал, что какая-то часть его души хочет этого — жаждет погрузиться в приятный туман забвения, которое способна даровать только хорошая выпивка. «Забвение» — так называлась одна из групп Брайана Огера.
«Экспресс Забвение», если точнее… Где-то дома у него валялся их первый альбом — «Лучший мир», только ему он не нравился.
Зазвонил телефон, и Ребус схватил трубку, но это оказался мобильник. Выудив из кармана аппарат, он прижал его к уху.
— Алло?…
— Джон, это ты?
— Да, я. Привет, Джин. Я сам собирался тебе звонить…
— Скажи, может быть, я не вовремя?
— Нет, все в порядке. Как твои дела? Тот журналюга все еще тебя достает? — В этот момент зазвонил аппарат на столе. Это мог быть Клаверхаус, но Ребус встал, пересек зал и вышел в коридор.
— Ничего, я от него скрываюсь, — говорила тем временем Джин. — Я не поэтому звоню… Помнишь, ты просил меня кое-что уточнить? Сегодня просмотрела старые документы, но, боюсь, мне не удалось откопать ничего интересного…
— Это ничего, — вставил Ребус.