Водопад — это тихий мрачный лес вокруг Эдинбурга, где каждое дерево и камень хранят страшные истории скрытой сексуальности и истерии. Фильм ужасов в реальной жизни, где вынужденная неприкрытость искрится холодом ночного воздуха, оставляя жуткие следы на каждом шагу.
— Ну?… — спросила она.
— Отличное местечко, — сказал Прайд, оглядываясь по сторонам. Вытащив из-под рукомойника корзину для мусора, он выплюнул в нее комочек жвачки и сразу же отправил в рот две новых пластинки.
— Марр и Бальфур о чем-то договорились, — сказал он наконец, рассматривая себя в зеркале. — Состряпали какую-то историю и теперь будут ее держаться, что бы ни случилось.
— Я тоже так думаю, — согласилась Джилл. — Нужно было сразу везти его сюда.
— Карсвелл опять дал маху, — констатировал Прайд.
Джилл кивнула.
— Ты думаешь, Марр во всем признался Бальфуру?
— Я думаю — он что-то ему наплел. В конце концов, у него была целая ночь, чтобы все как следует обмозговать. «Джон, ты должен понять — это просто случилось… И потом, это было давно и всего один раз… Ты не представляешь, как я жалею о моей слабости…» Супруги постоянно говорят друг другу что-то подобное.
Джилл едва не улыбнулась. Похоже, Прайд знал, что говорил.
— И Бальфур не повесил его за яйца?… Почему?
Прайд покачал головой.
— Чем больше я узнаю о Джоне Бальфуре, тем меньше он мне нравится. Его банк вот-вот лопнет, в доме полным-полно влиятельных клиентов, для которых любой скандал — что нож острый… Что сделает Бальфур, если его лучший друг заявит, что спал с его дочерью? Конечно, постарается заключить с ним сделку! Другого выхода у него просто нет.
— Ты считаешь, что эти двое заинтересованы в том, чтобы все было шито-крыто?
— Уверен в этом. В противном случае в перспективе у обоих скандал, отставка и — может быть — публичное оскорбление действием.
— В таком случае нам придется поднапрячься, чтобы что-то из него вытянуть.
Прайд серьезно посмотрел на нее.
— Если только не напрячь самого мистера Марра. По-настоящему напрячь, Джилл!..
— Боюсь, Карсвеллу это может не понравиться.
— Извини, Джилл, но мистер Карсвелл не сможет найти собственную задницу, если только на ней не будет таблички: «Язык вставлять сюда».
— С кем приходится работать!.. — притворно вздохнула Джилл и ухмыльнулась. — Неужели для тебя нет ничего святого?
Дверь, к которой она прижималась спиной, снова задергалась.
— Подождите! — крикнула Джилл.
— Но мне нужно!.. — донесся из коридора жалобный женский голос.
— Мне тоже… — подмигнул Билл.
