Водопад — это тихий мрачный лес вокруг Эдинбурга, где каждое дерево и камень хранят страшные истории скрытой сексуальности и истерии. Фильм ужасов в реальной жизни, где вынужденная неприкрытость искрится холодом ночного воздуха, оставляя жуткие следы на каждом шагу.
— Но я не ваш конкурент, миссис Бальфур.
Она опустила голову.
— Да, конечно. Извините меня, пожалуйста. Я просто…
— Не надо извиняться, миссис Бальфур, — сказал Ребус и встал. — Это ваш дом, и здесь правила игры устанавливаете вы… Согласны?
— Что ж, если вы так считаете… — Лицо ее чуть-чуть просветлело, но Ребус готов был поклясться, что даже в отсутствие супруга миссис Бальфур здесь все играли по его правилам.
В особняке Бальфуров, куда его в конце концов пригласили, Ребус увидел двух своих коллег, удобно расположившихся в гостиной.
— А вы неплохо устроились, — заметил Ребус, окидывая взглядом роскошную обстановку гостиной.
— Жить можно, — согласилась Кэмпбелл. — Если только не обращать внимания на скуку.
— А компьютер зачем?
— Через него Мозг связывается со своими друзьями-нейронами.
Эрик погрозил ей пальцем.
— Этот ноутбук подключен к новейшей регистрирующей системе, которая позволяет фиксировать и отслеживать телефонные звонки, — пояснил он.
— Это просто здорово! — сказал Ребус. — Главное — было бы что отслеживать и фиксировать.
Эрик кивнул:
— В том-то и дело. Пока звонили только родственники и друзья — выражали сочувствие и все такое. На удивление мало звонков от психов. Должно быть, дело в том, что этот номер не занесен в справочники.
— Имейте в виду, — предупредил Ребус, — человек, который нам нужен, тоже может оказаться психом.
— Да, психов у нас хватает, — сказала Кэмпбелл, закидывая ногу на ногу. Она сидела на одном из трех стоявших в гостиной диванов; перед ней на подушках были разложены номера журналов «Каледония» и «Скоттиш филд». На журнальном столике рядом с диваном лежала еще стопка журналов и газет. Поглядев на нее, Ребус почему-то подумал, что Кэмпбелл прочла их все по меньшей мере по разу.
