В штабе Руссиянова собрались ключевые лица: я и мой заместитель Гладченко. Мы уже выезжаем на встречу с Аверьяновым, когда тот уже спешит узнать у нас что-то новое о группе Гудериана. Вопреки всем подозрениям, я был практически уверен в том, что это касается плана наступления силы Гудериана к Минску с юга....
В корне не прав! Наша задача не самим умереть за нашу Родину, А ЗАСТАВИТЬ УМЕРЕТЬ ЗА СВОЙ ФАТЕРЛЯНД СОЛДАТ ПРОТИВНИКА! Я доходчиво объяснил? Не факт, что пойдя в прорыв на восток, мы сможем разменять свои жизни хотя бы один к одному… Просто потому, что при таком варианте мы НАСТУПАЮЩАЯ СТОРОНА… Ее состав не менее десяти дивизий, а это минимум стопятьдесят тысяч личного состава. Наступать при соотношении сил почти сорок к одному — это предумышленное самоубийство! Поэтому порядок движения бригады следующий: В дневное время проводится тщательная разведка маршрута для каждого дивизиона и батальона, определяются районы будущих стоянок.
Глава 17
Через день, после памятного многим командирам бригады штабного совещания, мы поняли что такокое не везет… Противник смог обнаружить одну из наших колонн во время совершения ночного марша. Кто ему «наворожил» мы не успели разобраться. Развесив предварительно вдоль дороги осветительные авиабомбы, несколько его истребителей, раз за разом, с хватающим за душу воем и пулеметной дробью пролетали над нашими головами.
Сами посудите, как только приближается рев моторов, мноие бойцы на ходу прыгают с машин и разбегаются в хлеба, тянущиеся по обе стороны от дороги. И как следствие потом долго собираются.
