В штабе Руссиянова собрались ключевые лица: я и мой заместитель Гладченко. Мы уже выезжаем на встречу с Аверьяновым, когда тот уже спешит узнать у нас что-то новое о группе Гудериана. Вопреки всем подозрениям, я был практически уверен в том, что это касается плана наступления силы Гудериана к Минску с юга....
Солдат так же сообщил, что у этого монструозного танка была эмблема, в виде красного дракона.
— Красный дракон, почему? Что это может означать?
— Не знаю герр майор, но он нанесен на его лобовой плите, солдат это точно помнит.
— Странно, на Иванов это не похоже. Да, а как же эти бедняги еще живы?
— Им можно сказать повезло. Я знаю многих из этих парней, они давно, и я бы сказал сверхмеры балуются «панцершоколадом» и таблетками для «бодрости».
— О чем ты, я о таком ничего не слышал?
— У нас в люфтваффе есть аналог — «Флигершоколад».
— Ах, вот ты о чем! Кстати отличная вещь, употребляя его, наши доблестные летчики спокойно могут за день совершить шесть-семь боевых вылетов, а потом у них еще остаются силы кинуть пару палок на земле, какой нибудь официантке в столовой…
— Я думаю, здесь произошло тоже самое — видно у ребят было много сил, вот им и захотелось слегка спустить пар.
— Как ты думаешь Юрген, что это был за танк?
— Не знаю Пауль, скорее всего «Ворошилов» с 15 сантиметровой гаубицей.
Сняв с кольев тех кто еще не умер от болевого шока и отправив их в ближайший полевой лазарет, они тщательно осмотрели и запротоколировали место казни, двинулись дальше, правда еще больше усилив головное охранение и разведку. Попасть в танковую засаду с таким монстром Пауль Кляйн не хотел, он был уже опытным командиром, который начал свой боевой путь еще в Испании, а затем были Французская и Польская компании.
