— Как это мост РЯДОМ с рекой?
— Авот так. Усяжа втом месте подходит слева к мосту, а справа от него болото. Незнаю почему насыпь не продолжили, а построили мост, но это факт! — Андрей несколько раз кивнул, подтверждадая словаШохера.
— С самого утра сумели расстрелять мотоциклетную разведку немцев. Правда ротного тогда ранили и мы отправил его втыл. — Продержались мы почти до полудня, Т-28 сумели расстрелять на дамбе три немецких танка, но потом пару раз прилетели немецкие самолеты и от четырех танков остался только один Т-26, мой. Он был самый крайний и может поэтому нас не нашли. Когда очнулся, понял что нас осталось вживых только двое, и мы решили уходить.
— Кто еще уцелел? — поинтересовался Андрей.
— После того боя Коля Корзун. Оборона моста была личной инициативой нашего ротного, так что приказ мы не нарушили. Но мы тогда не знали, что немцы уже обошли нас. Похоронили кого нашли, сели в «двадцать шестой» и двинулись на восток.
—Почему не остались дальше обронять мост?
— А чем? Все отстреляли, до последней железки... В одном месте дорога круто поворачивала вправо, и только я миновал поворот, как столкнулся лоб в лоб с немецкой колонной. Немцы сначала тоже растерялись, но потом их замыкающийтяжелый танк с разгону ударил мою машину в борт, и она потерявгусенницусползла в кювет, но не перевернулась. Мы затихли. Через некоторое время слышим, они смеются и стучат чем-то железным по танку. И кричат : Рус Иванвыходи! Ну мы ивыбрались. Одновременно было и страшно и любопытно взглянуть на немцев вблизи. Обыкновенные люди, такие же, как и мы, только в другую форму одеты. Сытые, довольные, смеются. Они затащили нас вгрузовик и повезли на запад, анемецкая колонна двинулась дальше.
Приехали в небольшой городок, вЛогойск. Я здесь часто был до войны. Остановились около
двухэтажного здания местной школы. Здесь уже были немцы. Рядом находилась площадь, по которой немцы по кругу гоняли на нашем БТ-7. — тут он кивнул на бэтэшку. Замолчал, потом продолжил, — еще на площадистояли трехбашенный Т-28 и танкетка Т-27.Судя по тактическому знаку на «двадцатьвосьмом» — наш, номер не было видно — закопчен. На пинках нас подогнали к небольшой группе пленных,судя по петлицам — пехота. Потом подъехала легковая машин, из неевышел немец с каким-то тяжелымаппаратом. Потом догадался что это был немецкий кинооператор, который снимал фильм о победоносной германской армии.
