Жанр
Воевода ощущал вокруг себя подозрительную тихость, как будто мир готов в любой момент обрушиться на его людей. Белое пространство реки казалось наполненным скрытыми опасностями, и лишь спокойствие окрестностей не выдавало истинного положения дел.
– Данила Романович, – ответил женский голос снаружи. Это была такая же служанка, что караулила в соседнем помещении и чужих не пропускала. Ну и иные поручения выполняла.
– Зови, – произнесла Царица.
И меньше минуты спустя в открытую дверь вошел брат Царицы. А служанка, повинуясь взмахи руки Государыни, удалилась за дверь, прикрыв ее за собой. То есть, оставляя их наедине. Чай, брат, а не сторонний мужчина.
– Ты хотела меня видеть? – спросил он тихо, присаживаясь поближе.
– Что говорят про Андрея?
– Про какого Андрей?
– Ты все прекрасно понял, – с укором ответила Анастасия.
– Про него много чего говорят. Тебе хорошее или дурное?
– Давай дурное.
– Сказывают, будто бы околдовал он супруга твоего.
– Вот как? – удивилась Царица. – И кто сказывает? Кто этот слух пускает?
– Я того не ведаю. Но слышать слышал.
– Не понимаю я… – произнесла Анастасия и оборвалась на полуслове, уставившись на вышивку.
– Что не понимаешь?
– Мужа моего заваливают жалобами на Андрея и доносами. Один дурнее другого. Причем люди верные, что ездят в Тулу, не подтверждают сказанного.
– Ошибаешься сестрица, – криво усмехнулся Данила.
– В чем же?"
"– Андрей не просто воевода. О нем почитай во всей Руси уже знают. Все. От хлебороба до Царя. Найти человека, который про него не слышал во всей державе не получится.
– И что?
– А тебе этого мало? Разве не знаешь, как сильны завистники в своих кознях?
– Это не повод боярам и родовитым пытаться его с грязью смешать.
– Если честно, я сам не сильно понимаю. Ведь воду мутят далеко не все. Те, что с турками торг ведут или мзду с того имеют – ясно чего возбудились. Но ведь есть и другие.
– А не боятся гнева царского?
– Ну они ведь ради Царя стараются. Слухи передают. Дескать, злоумышляет Андрей против него.
– А то супруг мой не понимает, ради кого они стараются.
– Если много и упорно говорить «хрю», все вокруг могут поверить, что ты поросенок.
– Не малые, – кивнула Анастасия. – Но ведь не только они. А остальные чего?
– Ты помнишь, как Андрей выступал на заседании Думы?
– Я не присутствовала. Как я могу помнить?
– Брось. Знаю же, что подглядывала.
– И?
– Не обратила внимание на то, как он обидел Курбского?
– За дело.
