И Татьяна уже открыла рот, чтоб объявить: на вечеринку к Ансару она не пойдет, но перед глазами вдруг пронеслось – вот надменный восточный человек шагает по мэрии и, будто Иисус – хлебы, рассыпает коробочки с бриллиантами. А вот он же стоит на палубе роскошной яхты и снисходительно взирает, как по трапу спускаются его гостьи, каждая – мечта мужчины.
Но почему бы не изучить нравы восточных индюков более коротко?
Вечеринка Ансара проходила в той самой Вальдемоссе, куда предлагал Тане прокатиться Рафа, – городке километрах в тридцати от Пальмы. Ехать по вечерним пусть скудным, но все же пробкам получилось бесконечно долго, и Таню в автобусе разморило. Ну и пусть за окошком мелькают пейзажи один другого прекрасней, а мисс Вонг с соседнего кресла зудит, что спать нельзя никак, потому что косметика размажется. Садовникова все равно не удержалась – провалилась в мгновенное, сладкое забытье. И приснился ей странный сон: будто идет она по пляжу. Шумит океан, влажный песок приятно ласкает босые пятки. А рядом – мужчина, высокий, сильный, но – незнакомый. Он осторожно поддерживает ее под руку, и ей рядом с ним хорошо, как ни с кем… Таня все пытается заглянуть ему в лицо, но уже вечереет, по небу стелются тучи, начинается шторм, черты мужчины ускользают, расплываются…
– Кто ты?! – выкрикивает она.
Лицо мужчины послушно выныривает из полумрака, Татьяна в изумлении узнает Ансара… и – просыпается. И бормочет по-русски:
– Ты захотела хлеба? [8] – хохочет мисс Вонг.
– Фу, дурочка! – морщится Татьяна.
А автобус уже мчится по узким горным дорожкам, и впереди вырисовывается сказочный, будто талантливая декорация, городок: невысокие благородные домики серого камня, часовни церквей, сдержанная подсветка…
– Тут сплошные миллионеры живут, – просвещает ее мисс Вонг.
– А когда-то целую зиму прожили Шопен и Жорж Санд, и она потом об этом целый роман написала… – пожимает плечами Татьяна.
– Девочки, подъезжаем! – спешит к подопечным Пьер. И дает последние напутствия: – Ну, всем все ясно? Держаться с достоинством, но скромно. Глаза не таращить. Побольше улыбаться. В икру руками не лезть.
Как в детском садике, право слово.
Но только не вытаращить глаза – Таня сама еле удержалась.
Потому что вилла, где Ансар проводил свою вечеринку, поражала даже больше, чем его огромная яхта. Настоящий роскошный гарем, право слово! На стенах, на полу, кое-где даже на потолках – сплошь ковры, толстенные, пушистые, красоты неописуемой. По всем углам – античные скульптуры, одна другой краше. Вина, что разносят одетые в восточном стиле слуги, – в золотых кубках, разливают их в золотые же бокалы. И процентов восемьдесят гостей – женщины. Молодые, прекрасные.
– Может, и оргия будет?.. – возбужденно шепчет ей на ухо мисс Вонг.