Она по-прежнему не могла оправиться от удивления.
– Прилетел на денек вместе с нашими летчиками.
– Рада тебя видеть. – Татьяне и вправду было приятно появление Чехова. – Как там погода в Москве?
– Ты не поверишь: снег, слякоть и минус два.
– К хорошему быстро привыкаешь, верно?
– Все равно я по Москве соскучилась. По Москве, по родным и даже – ты не поверишь! – по офису.
– Хорошо там, где нас нет.
– А что случилось? Почему ты здесь? – повторила она.
– Знаешь, специально, чтобы ты не скучала, привез для тебя небольшое дело. Можно сказать, задание.
– Взорвать этот туристский рай к чертовой матери?
– Фу, как грубо. А потом, взрывы – не наши методы. Нет, все гораздо проще… Я хотел бы для начала, чтобы ты охарактеризовала всех своих ухажеров.
– Нет, мелкие сошки: продюсеры, режиссеры, операторы и прочие осветители – нас не интересуют.
– А кто интересует?
– Трое. Теннисист Лаваль, компьютерщик Тэд Уэйтс и шейх Ансар Аль Кайаль.
– А вы неплохо информированы.
– Но ухажерами, в полном смысле слова, их и назвать нельзя. Так, встречались пару раз. Даже шантажировать их связью со мной не получится.
– Ради бога, зачем шантажировать? Да ведь ты и не спала ни с одним из них, разве нет?
– У тебя очень точные данные. Такое впечатление, что вы следите за мной.
– Я просто знаю твой характер. Без любви ты вряд ли прыгнешь к кому-то в койку.
– А вдруг я кого-нибудь из них полюбила?
– Думаю, пока вряд ли. Ну, прошу тебя, рассказывай. У меня мало времени.
Татьяна коротко охарактеризовала каждого из поклонников.
Об Ансаре она неосознанно рассказала о последнем. И потому, что он был явно богаче других. И потому, что шейх – положа руку на сердце – понравился ей больше прочих. Гораздо больше.
– Ясно. Спасибо, – молвил Чехов, когда Садовникова закончила свой доклад.
А потом минуту помедлил и сказал:
– Скажи, а этот Ансар… Он тебе вообще нравится?.. Как человек? Как мужчина?
Тут Володя встал со своего кресла и подошел к тому, где сидела Татьяна. Уперся руками в ручки. Его глаза оказались на уровне ее глаз, сантиметрах в двадцати. Внимательно вглядываясь ей в лицо, сказал:
Предложение Чехова прозвучало совершенно недвусмысленно.
У Тани похолодело в животе – и одновременно бросило в жар.
Она должна отдаться мужчине… По чужому велению… Но она ведь, кажется, сама хочет этого?..
Покраснев и отведя глаза, Татьяна прошептала:
– А если я скажу «нет»?
– На «нет» и суда нет. Никто тебя неволить не станет. Но нам это необходимо.
– «Нам» – это кому?
– Нашей службе. И, извини за высокопарный стиль, России. Поэтому, если ты не сделаешь этого, я буду страшно разочарован.
«Я тоже…» – вдруг, против воли, подумалось Тане.