Однако вслух она сказала совсем другое:
– Ты же обещал, что не будешь принуждать меня спать с мужчинами.
– Особые обстоятельства, – развел руками Чехов. – Ансар нам очень интересен. Чрезвычайно. Он – и все, что он делает. А ты подобралась к нему ближе всех.
– Я не могу пока тебе ответить. Просто потому, что не имею всей информации.
Чехов отстранился от нее. Стоял, приблизившись к стене. Лампы дневного света бросали на его лицо тени, делая неузнаваемым, даже страшноватым.
Новоявленная Мата Хари спросила:
– Ну, если я вдруг начну жить с ним, что я должна буду делать? Для вас?
– Ровным счетом – ничего. Нам не нужна никакая информация о его жизни, бизнесе или каких-нибудь тайных делишках.
– Нам нужен человек рядом с ним. Вот, кстати, возьми. Хочу сделать тебе небольшой подарок.
Куратор вытащил из заднего кармана своих шортов бархатную коробочку. Протянул ее Тане.
Садовникова открыла ее. На бархатной подушечке лежали часы. «Лонжин». Может, золотые, но скорее все-таки позолоченные.
– Спасибо, конечно, – протянула она. – Но ведь в них наверняка встроена какая-нибудь система Джи– пи-эс [10] …
Чехов помедлил, но потом кивнул:
– Спорить не буду. Встроена. Я потрясен твоей догадливостью.
– Мне уже приходилось жить под колпаком…
Владимир ничего не ответил. Уж наверное, они там, в своей службе, раскопали историю, случившуюся с Татьяной в мае девяносто девятого из-за бабушкиного завещания… [11]
Садовникова пробурчала:
– Чтобы следить за мной, мало вам, что ли, моего мобильника? По нему же можно отслеживать все перемещения… Или вы в часы микрофон вмонтировали? А то и видеокамеру?
Чехов махнул рукой:
– Да брось ты, Танечка. Какие там микрофоны… Вот если бы Ансар был американским президентом – камера имела бы смысл… А он не официальное лицо – просто богатый бездельник…
– А если я не приму сей щедрый дар? – вдруг ощетинилась Таня.
– А сей дар очень для тебя самой полезен, – бросил Чехов.
– Это твоя страховка.
– Показываю. Если вытащишь на полную винт для завода и нажмешь его – это означает сигнал «SOS». Мы тут же примем меры для того, чтобы тебе помочь, что бы ни произошло и где бы ты ни находилась.
– Ох, Чехов, Чехов…
– По-моему, ты слишком веришь во всемогущество своей организации. Или делаешь вид.
Говорил Чехов столь убедительно, что Татьяна поверила ему. Ей очень хотелось верить.
– Скажи… Володя… – Таня помедлила. – Ансар – он что, враг?
– Мы не знаем. Пока – ничего не знаем. Может – враг. Может – нейтрал, которому на нашу страну плевать. А может, друг, который собирается вложить в российскую экономику миллиарды. Мы и в этом тоже хотим разобраться.
Таня откинулась в кресле. Прикрыла глаза. Пробормотала:
– Вечно ты, Чехов, мне все портишь.