В новой части "Воина-Врача" мы путешествуем по волнующим новостям и сенсациям, где древние границы невозможного теснятся вокруг нас. С Глебом шагаем вперед, а рядом прохладно дышит Ян Немойчук, его лошадь Буран время от времени дразнящим всхрапыванием нарушает наш ритм. Всё это происходит среди мирных уютов подворья Пахома, где мир и непривычное соседствуют в гармонии....
Кидаться срочно-обморочно помогать болящим на чуть качавшуюся возле сходен лодью — не самое верное решение для великого князя, что на правах хозяина угощал гостя на берегу. Из моих мыслей он уловил, что гарантии и уверенности в успешном ходе лечения нет и быть не может: мы не видели пациентов и не знали их диагнозов даже примерно. А случая, подобного этому, его память обнаружить не могла, как ни старалась. Чтобы к городу, полному воинов, прилетел малым числом отряд врага, с вождём во главе, да не переговорщиком, выкуп или условия мира обсуждать.
— Ты сказал, что воскрешать мёртвых подвластно лишь Богам, Всеслав, — проговорил хан, откладывая показательно подальше нож. — Люди говорят, ты один из немногих, с кем Они говорят. Так ли это?
— Люди говорят многое, Шарукан. Чаще всего то, во что сами хотят верить, — обтекаемо ответил князь.
— Они живы. Мои отец и сын живы, их не нужно воскрешать. Сможешь ли ты вылечить их? — помолчав, спросил он.
— Я не знаю, говорю тебе чистую правду.
— Так пойдём, чего медлить? — он явно сделал над собой усилие, чтобы не вскочить на ноги."
"— Сперва уговоримся о будущем, хан. А потом будем вершить настоящее. Так, как достойно вождей, и так, как рассудят наши Боги, — медленно, но очень весомо ответил Чародей.
— Я пришёл с богатыми дарами, — начал было Степной волк, решив, видимо, что мы собрались привычно, по-восточному, начать торговаться с ним, но князь прервал его, не дав договорить.
— Твой народ славен щедростью, Шарукан. Вы не жалеете золота, дорогих тканей и ещё более дорогих специй для друзей. Так же, как и стрел-сабель для врагов. Я не сомневаюсь в том, что твои дары достойны и богаты. Но я не хочу и не буду покупать у тебя жизни твоих близких за деньги и тряпки.
Брови хана выстрелили вверх. Такого он вряд ли ожидал. А князь продолжал.
