Бывший хирург-травматолог оказывается в теле Всеслава Чародея, легендарного князя Полоцкого. Воссоздав медицинские инструменты и объединив знания древних целителей, герой старается спасать жизни. Но войны, интриги и магические силы угрожают его миссии больше, чем когда-либо.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Воин-Врач IV»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Бывший хирург-травматолог оказывается в теле Всеслава Чародея, легендарного князя Полоцкого. Воссоздав медицинские инструменты и объединив знания древних целителей, герой старается спасать жизни. Но войны, интриги и магические силы угрожают его миссии больше, чем когда-либо.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Бывший хирург-травматолог оказывается в теле Всеслава Чародея, легендарного князя Полоцкого. Воссоздав медицинские инструменты и объединив знания древних целителей, герой старается спасать жизни. Но войны, интриги и магические силы угрожают его миссии больше, чем когда-либо.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Либо узнал, что сеть перестала быть для нас тайной, либо готовил удар, и в скрытной разведке нужды уже не испытывал. Второй вариант был хуже и обсуждался Ставкой дольше. Но даже самые невероятные сценарии, которые, как и всегда, набрасывал безногий ветеран, заставляя остальных досадливо морщиться, особого вреда принести не могли, разбиваясь о контраргументы и планы воеводы. Я только диву давался, узнавая, какая работа была проделана этими двумя за полгода, кроме сети острожков по глухим лесам и длинных запутанных цепочек верных людей под самым носом врага.
Папе Григорию Седьмому решено было ответить сдержанной нотой, дескать, разделяем сожаление действиями покойного Александра, вечная ему память в сердцах добрых католиков, и выражаем надежду на то, что подобного впредь не повторится. Нам, в принципе, не жалко, мы — народ гостеприимный. У нас реки глубокие, леса дремучие, земли вдосталь, надо будет — всех примем и разместим. А за конфиденциальную информацию о тайных агентах благодарим от всего сердца, признательны за неё очень, и в качестве ответного подарка просим принять… образы Пресвятой Богородицы, ковчеги с мощами и святыми дарами и главное — щепку от самого креста Спасителя, доставшуюся нам редкой оказией с земель англов. Ну и дальше по тексту протокольные заверения в исключительном почтении и пожелания всех благ. Как сказал довольный донельзя Буривой — плюнули на спину, но исключительно вежливо, как у них там в европах и принято было.
— Ладно, Гнатка. Давай тогда, как и решили. Гостей отправляй первыми, а мы с семьёй следом двинем. Заодно ещё раз внимательно с Глебом во́лок тот осмотрим. Он оттуда обратно, помнишь? — князь смотрел на воеводу внимательно.
— Помню, Слав, — кивнул друг.
— В тех, кто с ним двинется, уверен?
— Нет, — ровно и спокойно ответил воевода, заработав тут же от Чародея такой взгляд, после какого не каждый, пожалуй, и выжил бы. И пояснил, точно зная, что означает именно этот угол изгиба левой брови друга детства:
— Дядька Ставр учит: в нашей службе никогда нельзя быть уверенным ни в ком и ни в чём. Это делу вредит, мешает, путает. А когда никому веры нет, даже себе, то только на пользу. Когда в сотый раз проверяешь дорогу знакомую, подворье родное, коня верного — меньше возможностей упустить что-то, малость самую, за которую потом до самой смерти себя корить станешь. Если повезёт — недолго.
Всеслав смотрел на воеводу, понимая, что тот прав, и что Ставр, старый убийца, которому в Аду персональные апартаменты давно готовы, тоже прав.
— Да уж, друже. Ваша служба и опасна, и трудна, — задумчиво отреагировал великий князь фразой из моей будущей памяти, едва ли не напев ее. — А про то, что никому веры нет, даже себе — напомни, я тебе по дороге хохму одну расскажу.
