В глубоком умрах бесконечного дарквейна, Последний из Долгоживущих неслись по мирам и планетам, наблюдая за Вселенной в ее последних глотках свежего воздуха перед Большой Сжатием. Каждое событие оставляло след на его памяти, созданной из тысяч лет жизни и миллиардов звездных систем....
Воеводин, заседавший в этот момент с аналитиками «Сокола» на Энцеладе, вызвал его:
– Полковник, оставь кого-нибудь на верфи и быстро на Меркурий! Я буду там через полчаса.
– Слушаюсь, – мрачно ответил Грымов.
Сеть станций метро соединяла все планеты Солнечной системы, и добраться с Земли до Меркурия можно было за считаные минуты, да и те уходили на предварительные операции: дойти до терминала, войти в кабину и набрать код трансляции. Сам переход осуществлялся мгновенно. Поэтому Грымов, Плетнёв и двое спецназовцев из его команды вышли из зала меркурианской базы «Сокола» спустя всего пять минут после получения известия.
Для выхода на поверхность им понадобились вакуум-плотные «кокосы»[23]. Сопровождаемые растерянными сотрудниками базы и охранными кибами, контрразведчики вышли из-под кратерного вала на плоское дно кратера.
Кратер в настоящее время находился в сумеречной зоне планеты и весь скрывался в тени вала, поэтому космодром освещали прожектора и специальные поляризационные осветители, отчего серо-бурое поле казалось покрытым слоем серебра.
"Включив антигравы, представители контрразведки приблизились к дырам, вокруг которых и внутри которых копошились десятки аппаратов разного назначения: форги, витсы, зонды и защитные автоматы.
– «Нульхлоп», – проговорил Плетнёв, когда делегация облетела гигантские дыры глубиной в несколько сот метров, – без сомнений.
Грымов промолчал, продолжая оценивать масштаб разрушений и материальных потерь. Исчезли пять «коггов» и три «голема», а также корвет «Стерегущий», был практически разрушен фрегат «Дерзкий», от которого осталось полкорпуса, а спейсер «Ван Гог», сползший в одну из дыр, был прилично повреждён. Но главными потерями были люди. Всего погибло одиннадцать человек, из них пятеро – экипаж «Стерегущего».
– Мы не ожидали, – виновато шмыгнул носом начальник базы Эдуард Шостакович.
Грымов молчал.
– В наше время можно ожидать что угодно и от кого угодно, – проворчал Плетнёв.
– Действовали по инструкции…
– А надо было держать периметр на СРАМе[24]. Появись здесь «крокодилочерепаха» Знающих, от базы вообще остались бы рожки да ножки.
– Я изложил в рапорте все наши действия…
– Да не в этом дело. Нам объявлена война…
– Оставь, майор, – прервал Плетнёва Грымов. – Степень вины этих парней определит следствие.
