Жанр
Война на Дунае тяжело задерживает читателя. Десятки раненых и солдат приближаются к госпиталю, где главный врач Егоров суетится, стараясь обезболить всех как можно быстрее. В этом жутком поле боя, полных тел и крови, дыхание становится сильнее.
В следующую же ночь выходим в самом её начале и движемся как можно дальше к Исакче. Ну и всю оставшуюся неделю поиска следим за самой крепостью, за окрестностями и дорогой, что идёт к Браилову, Мачину и Бабадагу. Всё! Всем отдыхать и набираться сил. Впереди долгий путь и много работы, маскируемся и лежим! – скомандовал он отряду.
Глава 8. Ура новому волкодаву!
– Не волнуйся, Алексей, всех твоих с того берега вытащим, – убеждённо проговорил Кунгурцев. – Жди, через пару суток первый отряд от Тульчинского гирла вывезем, а потом очередь вернуться от Исакчи и от Мачина придёт.
– Лишь бы они не пригодились, – покачал головой Егоров. – Вон, в отряде у Луковкина чуть ли не половину людей выбило при недавней высадке. Даже ваших пушек не побоялись турки. Раненый капрал доложился, что в этот раз они действовали весьма боевито, не в пример своим обычным дозорам.
– Ну а чего же ты хочешь, Лёшка, какой год уже воюем, – пожал плечами Кунгурцев. – Противник, он ведь тоже чему-нибудь учится. Ладно, давай прощаться, вон твои стрелки уже заканчивают погрузку, пошёл и я на свой флагман.
Друзья обнялись, и командир отдельного отряда Дунайской флотилии де Рибаса поспешил на пристань. А на её брёвна по широким сходням уже забегал последний плутонг первой роты второго батальона.
– Отдать концы! – послышалась команда с флагмана. – Дистанция между судами – полкабельтовых! Смотреть на кормовой фонарь!
Речные корабли один за другим, в определённом заранее порядке, отходили от причала, поднимали паруса и скользили в ночь. Только лишь цепочка тусклых световых пятен указывала на то, где они сейчас идут. Но вот пропали и они.
– Пошли уже назола, – вздохнул Алексей и направился к береговому подъёму.
"– Как так сбежите, вашвысокоблагородие? – ошарашено пробормотал лекарь. – Не положено ведь такое? Ляксей Петрович, да вы, право слово, шутите сейчас надо мной?
– И ничего я не шучу, – усмехнулся полковник. – Середина марта уже, больше трёх месяцев прошло с того дня, как я в вашем госпитальном плену пробыл.
